В тот момент меня и постигло прозрение, оказавшееся таким ярким и сильным. Достаточным для того, чтобы полностью опустошить, похитить мою душу, оставив земную плоть сгорать на этой раскаленной солнцем земле. Минута молчания, и вот он произносит три заветных слова.
Мои глаза опустились, а улыбка исчезла с лица.
Он не выдержал и продолжил дальше.
– Помнишь, мы сидели как-то раз на уроке рисования? В тот день я нарисовал тебя…
Разумеется, я знала об этом. И не только я, вся школа была в курсе.
– Рисунок никуда не годился, а я так сильно хотел, чтобы он получился.
Он достал сумку, и вытащил оттуда холст. На нём оказался изображён мой портрет. Даже я, ничего не смыслящая в искусстве, не могла не обратить внимания на идеально подобранные краски.
С такой же удивительной тщательностью были обведены и контуры лица.
– Красиво… – я прошептала это так отстраненно и бесчувственно, что он и не услышал того единственного теплого, произнесенного мной тогда слова.
Я уверена, ему показалось, что тот день был его. Да-да, несмотря на волнение, он определённо знал об этом. Ощущение пришло само собой от одного порыва ветра, и я сразу поняла всё то, что от меня так ждали.
– Нет – твёрдо сказала я.
– Но я…
– Всё равно нет.
Если вы спросите, то всё дело в том, что люди никогда не смогут друг друга понять.
Ну а сама правда скрывается где-то рядом за моей ложью. Ну, разумеется, я всё наврала! Моя мать умерла при родах, а отец всегда работал охранником в школе и никогда не был важной шишкой. Иначе, чёрта с два я сейчас оказалась бы в психушке.
А ещё я люблю выдумывать истории. Сама придумываю и сама в них верю.
Теперь относительно того мальчика. Не бойтесь, никто ему ни в чем не отказал. Поверьте, все мы – шлюхи. Готовы отдаться любому, кто сможет заставить нас поверить в то, что сделает счастливыми.
Я никогда не была красивой, а популярной тем более. Поэтому я тогда сказала «да», и через некоторое время он стал моим мужем.
Кого вы назвали убийцей? Сколько раз повторять, я никого не убивала, а всего лишь разобралась с неземным существом…
Замолчали? То-то же, а то гудите и обвиняете в чём ни попадя.
Слышите?! Нигде в законе и словом не обмолвливаются про пришельцев.
И куда мир катится?
Нуда ладно, обо всём по порядку.
Понятия не имею, когда именно я начала делить свою постель с пришельцем, но подозреваю, что давно. Скорее всего, это произошло в момент рождения сына, назвать которого мы решили Максимом.
Кстати, имя тоже придумала я. Оно мне очень нравится. Всегда можно сократить на красивое и более звучное «Макс».
Но суть не в этом. После появления на свет Макса мой муж, по совместительству горе-художник, всё чаще стал ворчать, высказывая различные недовольства по всяким пустякам. И моя жратва ему не нравится, и работать дома ему невозможно, и памперсы чаще надо менять…
Мой муж не мог быть такой скотиной. Это был пришелец. Наверняка.
К слову, вряд ли я забуду тот день. Лето. Жаркий июль. Сыну исполнилось восемь, и мы отправили его в лагерь. Себе я тогда купила красивое ночное платье с шикарным декольте. Что ни говори, но грудь у меня всегда была что надо.
– Неплохо… – сказал чёртов головастик, – …но тебе бы ещё немного похудеть под него.
– Ты хочешь сказать, что я жирная?!
– Я этого не говорил…
– Тогда что значит «немного похудеть»?!
– Это значит… лишний вес…
– Что ты вечно мямлишь?! Говори чётко и ясно! Ты считаешь, что я толстая?!
– Чёрт подери, да, да, да! Ты толстая и жирная!
Тишина.
Нет, не подумайте, я вовсе не такая чувствительная особа. Просто слёзы на глазах появились сами по себе. Женщины поймут. Вы ведь знаете, каково это, осознавать, что ты вдруг больше не привлекательна даже в глазах собственного мужчины.
Это так больно, когда ты больше не красива, когда тебя больше не хотят. Ещё больнее, когда ты сама всё прекрасно понимаешь.
Купальники и мини-юбки отныне в прошлом. Забудь про свои любимые шмотки. Одежду подбирай более тщательно. Кстати, и не вздумай появляться голой перед мужчинами. Всё равно ни у кого не встанет, кроме извращенцев…
– Ну, прости, дорогая… Но ты по-прежнему красивая и…
А была ли я вообще когда-то красивой?
Всё. Это мерзкое существо полностью раскрыло себя. Оно распустило свои щупальца и стало медленно двигаться в мою сторону.
Скажите, что мне оставалось делать? Конечно, я оттолкнула его и побежала на кухню в поисках защиты, а оно пустилось за мной.
– Милая, прошу, не устраивай ты из этого драмы!
– Пошёл ты! – и я начала забрасывать его тарелками.
– Ну, что мне…
Тарелка. Треск.
– Сделать…
Тарелка. Треск.
– Чтобы ты меня простила?!
Тарелка. Треск.
– СДОХНИ! – заорала я.
Посуда кончилась. Под рукой оказался лишь разделочный ножик. Я взяла его со стола, бросила и попала прямо в горло.
– Кххх… прххх… – пытался он что-то выговорить и повалился на пол.
– Милый! – я подбежала к нему и обняла, заплакав. – Прости, прости меня! Я не хотела, ты мне веришь? Ничего, это ерунда, вот увидишь, сейчас я вызову скорую…
А кровь так и вытекала из раны.
– Крх…
