— Кроме того, что ты говоришь глупости иногда? — хихикнула она. — Не-а, ничего.
— А меня смущает, — я украдкой следил за улицей, стараясь подметить всё самое необычное. — Только не пойму, что именно. А как ты? Чувствуешь что-нибудь?
— Я… — Эви попыталась прислушаться к себе, но выдала лишь заурядицу. — Да вроде всё нормально. А ты что-то заметил?
— Только не пойму, что именно. Вижу, что что-то не так, но вот что именно…
— Может быть себя накручиваешь? Волнуешься?
— Я постоянно волнуюсь, если уж на то пошло.
Волнуюсь или нет, но мы спокойно доехали до центра города. Здесь, в отличие от других городов, люди ходили по тротуарам, потому проехать можно было спокойно, без всяких протискиваний через толпу и пробок. Да-да, пробки в средневековье, мир не имеет привычки меняться. Возможно потому, что люди везде одинаковы.
Немного прокатившись по главным улицам, мы остановились около гостиницы, в которой в прошлый раз останавливался я.
— Мы не поедем в небесный зал?
— Ты нас хочешь сразу в самое пекло бросить? — покосился я на Эви.
— Нет. Ты же мне так и не сказал, что собираешься делать.
— Вот думаю. Знаю, что делать, но не знаю, насколько это правильно.
— Может не стоило срываться сразу за ним? — пожала она плечами.
— Не ты ли хотела этого?
— Я лишь предложила.
А, ну заебись, если что — виноват один Патрик. Всё как обычно.
— Нет, туда мы не поедем. Да и идёт там всё уже вовсю, насколько мне известно. Клирия говорила, что сегодня у них собрание. Поэтому подождём Мартина в отеле.
— Ты уверен, что именно этот? — посмотрела она на здание. — В столице много отелей.
— А самых престижных много? Именно топ из топов?
— Ну… он единственный. Просто не факт, что граф Мартин остановится именно здесь.
— Остановится. Он выберет самый топ, ведь на то он и граф, а не жалкий плебей и чернь, как мы с тобой, — подмигнул я Эви.
— Ну скажешь тоже, — отмахнулась она улыбнувшись. — Мы с тобой уже не абы кто, а… а сам знаешь. Так что тоже заслуживаем роскоши.
— Мысли читаешь, — кивнул я.
Мы спешились у входа, отдав поводья уже караулящим новых приезжих служащим, после чего мы зашли в холл.
— Нам двухместный номер, пожалуйста. Королевский с тремя иксами, — приветливо улыбнулся я администраторше за стойкой.
— Нам очень жаль, но этот номер занят, — виновато улыбнулась она.
— И кем же? — нахмурился недовольно я. — Что, настолько богатый заселился, что купил там место?
— Нам очень жаль, — ещё раз поклонилась она. — Но вы можете заселиться в другие номера, которые удобством не отличаются от нашего лучшего. Единственное, они не будут на шестом.
— А тех не выселить? — кивнул я наверх. — Не графы же всё заняли.
— Боюсь, что граф, господин, — поклонилась она. — Поэтому мы не можем предоставить вам немедленно этот номер. Но вы с женой можете снять на пятом этаже наш супер-пупер-мупер-люкс-икс-два-драйв-комплейт-эдишен-трипэл-хай-бэст-ван-трай.
Какой ужас, язык сломаешь. И как они это одним заходом выговаривают?
— На пятом, — с сомнением протянул я. — Ну… ладно, давайте на пятом.
— Слушаюсь, господин.
Нас быстро оформили, и орк-швейцар со спиленными клыками, вежливо улыбаясь, проводил нас до нашего номера.
— Говорю же, здесь он, — улыбнулся я, когда мы оказались в своих апартаментах.
— Почему так решил?
— Потому что, когда мы ещё учились в универе вместе, он рассказывал, что его батя владел небольшой долей этого места. И вполне логично предположить, что Мартин остановится именно там, где он является пусть и частичным, но владельцем. Короче, если номер уже занят графом, то ставлю что угодно на то, что это Мартин.
— Если ты так уверен… — выдохнула Эви.
Она явно чувствовала себя комфортно в таких условиях. Я не раз замечал, как многие жмутся, оказавшись в богатом доме или номере, словно оказались там, где всё сделано из стекла. И наоборот, привыкшие к роскоши, оказавшись в лесу, вели себя так, словно боялись заразиться от касания к чему-либо.
Эви же вела себя спокойно и там, и там. Зашла, уже выученными движениями подошла к шкафу, где стояли бутылки со спиртным, пробежалась по ним пальцами и выбрала одну из них.
— Мы не бухаем, — напомнил я ей.
— Это не алкоголь. Скорее холодный чай с сиропом, — ответила она. — Правда… не зверолюдский… Ну ладно, хотя странно, что такую дешёвку здесь подают. Надо бы пожаловаться на них.
— Да ты зажралась.
— Ничего подобного. За такие деньги я в праве требовать всё, за что заплатила. А они обязаны это предоставить. Но за такие деньги что мы получаем? Дешёвое пойло с юга страны. Позволять себя так обманывать, это себя не уважать.
— Но ты же сейчас не побежишь жаловаться, верно?
— Сейчас нет, в другой ситуации побежала бы, — ответила Эви, налила себе в бокал из бутылки, немного попробовала и пожаловалась. — Гадость.
— Если гадость, зачем пьёшь?
— Ну надо же что-то пить, верно? У них есть здесь хороший алкоголь, как погляжу, — пробежалась она глазами по бутылкам, — но увы.
Осушив свой бокал полностью, Эви оставила всё на столе, прошлась по комнате, после чего пошла в спальню.
— Мэйн, иди сюда!
— Зачем это?
