— Не, ну так не интересно, — отодвинул я пергамент. — Серьёзно, вариант про хуесосов был лучше, да и по смыслу подходил.
— Осмелюсь я предположить, из фракции вы Ночи родом, так? — посмотрел японка на меня.
— Да, ты права. Особенно когда я тебе это сегодня на алхимии сказал, — кивнул я, пристально смотря на неё. — Ты чего? Какая-то ты не такая сегодня.
— Я прощения прошу, простудилась видимо, — сказала она.
— А причёска, это такой симптом наверно, да? Типа заболела и волосы другими стали?
— Остроумно, не поспоришь, говорить смотрю мастак, — посмотрела она на меня недовольно. — Но однако извинений за поцелуй я всё же жду.
— Извинений? Я думал вопрос исчерпан. Но ладно, — вздохнул я и потянулся к ней. — Иди сюда, поцелую тебя в знак извинений.
— Нет!
И вновь крик старухи, словно какой-то гарпии.
— ЗАКРЫЛИ РТЫ ШЛЮШКИ! НЕ КРИЧАТЬ В БИБЛИОТЕКЕ!!! ПОЧЕМУ Я СЕБЕ НЕ ПОЗВОЛЯЮ ЭТОГО?!?!?!
Не позволяешь, потому что уже это делаешь, больная старуха.
— Передумала я, — она упёрла ладонь в мой лоб и отодвинула меня назад. — Вижу я раскаяние в глазах твоих. И будет мне достаточно и их.
— А, ну и отлично. Тогда поможешь с другими рунами?
— Я…
— Тогда дай извиниться, — потянулся я к ней.
— Помогу! — тут же согласилась она.
Короче, руны ещё то дермище, хуже чем китайский. Вроде линия одна, а значит другое. Вот если, например, одну линию прочертить под одним углом, то значит это победа. Прочертил под другим наклоном — анус. Нет, не ящерица, а анатомическая часть. Вот и отправляешь письма камушком — пишешь «победа», а родина готовится к последней битве, вытаскивает все доступные резервы и готовится отбить нападение.
Я знаю, что каждое письмо уникально и заслуживает уважения, но это перебор. Неудивительно, что я успел напереводить здесь на целые нецензурный словарь, да так, что японка сидела и краснела, исправляя ошибки.
А как закончила, даже в глаза мои не смотрела.
— На этом всё, я распрощаюсь с вами.
И поскорее, пока я ещё не успел ничего попросить у неё, свалила. Ну ладно, пусть бежит. По крайней мере у меня уже сделаны руны.
Теперь мне оставалось быстро доделать алхимию, пока за мной не припрутся. Но с ней проблем быть не должно так как она понятнее, просто запоминай ингредиенты и дело с концом. Поэтому, как и требовали, я описал состав чистой воды (это типа что-то обезораживателя) и слёз петуха (выпил и стал плакать в течении определённого времени). А может и реально петухом станешь, кто знает.
— Чо ты тут застрял? — похлопал меня по плечу белоснежка. Этого парня я издалека заметил, он таким шагом ходит, что даже глухой его почувствует по вибрации. — Уже даже вечно спящий припёрся.
— Ага, то-то тише стало. Кстати, вот тут про тебя рецептик есть, — указал я пальцем на слёзы петуха.
— Да ты охерел! — он дал мне подзатыльника, пока я угарал. — Я тут к тебе прусь, а ты меня с петухом сравнил.
— Да прости, просто ты подошёл неудачно, — отсмеялся я, складывая только что записанную домашку. — Всё, вы собрались?
— Да, тебя, ленивую жопу, ждём.
— И ничего не ленивая, возмутился я. — Лучше смотри, что могу.
Я поднял руку и на двух пальцах зажёг огоньки.
— О, весьма кстати, — он вытащил сигарету (которые здесь стоили дорого) и прикурил. — Давай, выходные, время нажираться и по нормальному, без поножовщины отпраздновать поступление. Пусть ты и маг, но тоже парень.
— Бабы тож идут?
— Да, я тут с одной пересёкся, — он подмигнул мне. — Она говорит, что тоже на выходных хотят гужбанить. Соберёмся в нашей гостиной, сделаем всё по цивильному. У нас ещё остались запасы продовольствия.
Продовольствия… хех… Там алкоголя в продовольствии немерено.
Кстати да, запасы эти набрали, потому что просто так нам отсюда ещё и не выйти. Правилами запрещено в ближайшие три месяца покидать территорию. Только потом уже, после первых экзаменов это будет позволено как поощрение (хитро, да?). Короче, учитывая то, что мне нужно зеркало, а слугу я с собой не брал, мне просто надо сдать экзамены хорошо.
Можно было бы попросить слуг парней, но… у них не было слуг! И не было слуг у девушек. Да, их можно было брать с собой, но никто так не делал. На вопрос почему, чаще всего мне отвечали, что через слуг будут контролировать за ними родители.
— Но я нажираться не буду, иду чисто похомячить, — предупредил я.
— Ну и лох. Ладно, погнали, а то ща старая ведьма дым унюхает, визжать как сирена будет.
Белоснежка уже имел честь познакомится с библиотекаршей, когда спросил у неё слишком громко, как найти книгу по боевым искусствам какого-то там года. Она так на него орала, что у него пропало всякое желание вообще потом с ней общаться, и он считал своим долгом ни во что не ставить её правила.
Не то что я считаю правильным курить в библиотеке… но она реально ебанутая и позлить такую просто за милую душу.
Я напоследок окинул взглядом, стол, смотря, ничего ли не забыл, как в голову пришла эта японка. Блин, вроде лицо то же, а что-то изменилось. Словно их тут две ходит.
Я усмехнулся этой мысли и двинул за белоснежкой из библиотеки. Ходило бы их тут две, я бы заметил. Я же не сказочный долбоёб.
