- Нет, - махнул рукой Пьер, - нечисть боится дорог, их же строили Древние. Что уж там за секрет, не знаю, но вся эта мразь на дорогу ступить не может, сразу в труху превращается. Просто не успеваем в город, ворота закроют и на земле ночевать придётся.
Только тут Фёдор почувствовал, что смертельно устал, прямо-таки с ног валится. Веки налились свинцом, как у Вия, голос Пьера звучал откуда-то далеко, сливаясь в "белый шум". Навстречу им из дома вышел мужчина в добротных штанах и домотканой рубахе и женщина в рубашке тонкого полотна и широкой длинной юбке. Они о чём-то говорили, громко смеясь, а Федя, стоя рядом, кивал, как болванчик, не в силах даже вникнуть в смысл обращённых к нему слов. Пьер взял его под локоть и повёл куда-то. Едва прозвучало "Ложись здесь!", как из парня словно выдернули какой-то стержень, удерживавший его в вертикальном положении. Чугунов рухнул на что-то мягкое и последнее, что он почувствовал, проваливаясь в бездну сна, был одуряющий запах сена. Настоящего, а не в пакетах от ИКЕА, ежели таковые продаются для единения с природой.
- Фьедя! Фьедя!
"Фьедя" открыл глаза и зажмурился от ударивших в глаза солнечных лучей. Давно он так роскошно себя не чувствовал - по телу разливалась приятная истома. Он сильно, с хрустом и вывертом, потянулся и сел. После отдыха счастье и любовь к человечеству просто переполняли организм.
- Привет, Пьер! - никаких "ну и померещилось вчера" в голове не было.
Молодая, здоровая психика, да ещё и закалённая в армии, уже смирилась со сменой места обитания.
- Здравствуй, Фьедя! Пора уже ехать. Спускайся, позавтракаем и в дорогу. Это моя двоюродная сестра Жанна, - говорил Пьер, когда они спускались по крутой лестнице, - её супруг Жан местный староста. Садись, ешь.
Фёдор не заставил себя уговаривать - при виде аппетитно шкворчащей на сковороде яичницы с мелко порубленной ветчиной и луком в нём проснулся волчий аппетит. Запив всё это большой кружкой молока он почувствовал себя совершенно комфортно и с благодарностью поглядел на хозяев.
- Спасибо, очень вкусно.
Те, улыбаясь, кивнули. Хотя где-то внутри удивились странной реакции на простую пищу и ночлег на сеновале.
- Наелся? Ну, пошли, - поторопил его Пьер.
На сей раз они ехали в обществе ещё нескольких подвод и повозок, тоже направлявшихся на запад. В полдень остановились в тени раскидистого дуба у дороги и задав лошади корм устроили себе сиесту. Примерно через час, выезжая из очередной рощи, Федя увидел башни и ворота, видневшиеся невдалеке.
- Вот и Аргент, - объявил Пьер.
В лучах заходящего солнца перед ними возвышались стены типичного средневекового города. Массивные ворота, окованные металлом, были открыты (и это при дефиците и дороговизне того же железа). Возле них стражники в доспехах и при оружии пропускали путников, не забывая взимать положенное за въезд. Пьер подогнал повозку поближе, благо народу с этой стороны было немного.
- За проход через ворота платить надо?
- Надо, конечно же, - удивился тот, - а у тебя что, денег нет?
Чугунов полез в нагрудный карман куртки и достал несколько купюр - у бортника разочарованно вытянулось лицо.
- Этим ты только зад можешь вытереть. А монеты есть?
Когда Федя выгреб из кармана пригоршню никелевых рублей и пятёрок, взгляд спутника невольно метнулся по сторонам.
- Спрячь быстрее. Я заплачу за обоих, потом рассчитаемся.
Он вытащил из кармана мешочек, развязал завязки и вытряхнул на ладонь пару мелких, не больше копейки, медных монеток.
- Им этого хватит, а про свои монеты не говори никому. Люди все разные, лучше я сам их куплю у тебя, когда товар продам.
Узкие, мощёные брусчаткой улочки, каменные дома с глухими ставнями на окнах, через щели которых уже мелькал отсвет зажжённых светильников. Постоялый двор на который они прибыли ничем особым не поражал. Та же гостиница, разве что с пристроенной конюшней вместо парковки. Федя думал, что увидит что-нибудь более навороченное, впрочем экзотика присутствовала в лице хозяина, которым оказался самый настоящий гном. Хотя внешности вполне заурядной - крепкий такой мужичок с бородой, разве что ростом ниже среднего.
- Барамил, - поклонился он вошедшим, - грым-брым-дрым.
Чугунов растерялся, но бортник спас положение, попросив:
- Говорите на языке франков, пожалуйста.
- Добро пожаловать, господа. Чего изволите? - перестроился гном.
- Комнату на двоих, - поклонился Пьер, - и ужин на двоих.
- И чаю зелёного, - автоматически брякнул Фёдор.
Оба аборигена воззрились на него в совершенном изумлении.
- Это мой племянник, - быстро нашёлся бортник, - никогда в городе не был. Верит, чудак, что тут чаем на каждом углу поят, да ещё и за бесплатно.
- Молодой человек, - с лёгким оттенком превосходства глянул на него Барамил, - чай у нас, конечно, есть, но это слишком дорогая роскошь. А зелёный чай вообще лишь в легендах бывает.
Ага, значит Изумрудный мир тоже чего-то стоит. Там чай из легенд в каждой дыре имеется в наличие. Вот бы привезти сюда такой "кацэ", чтобы сразу триллиардером стать.
- Покажите нам комнату, прошу вас, - отвлёк хозяина от скользкой темы Пьер.
