Люди Ормвика заняли одну сторону стола и теперь сидели лицом к двери. Я прошел на место тэна. Мои люди расселись напротив воинов противника. Вифрид с помощниками снова засуетился возле очагов. Люди Бреки принесли бочонки с пивом. Увидев угощение люди Ормвика сразу расслабились. Законы гостеприимства на Севере чтили и практически не нарушали. Обычно тот, кто их нарушал долго потом не жил. Ульфрик сжал в руках кружку с пивом и не поднимая головы начал говорить.
– Ты же понимаешь Белый Медведь, что командир стражи фьорда не может принять решение за весь город? – угрюмо спросил он.
– Конечно понимаю, – стряхнув пену с бороды ответил я, – мне нужно, чтобы ты услышал, все что я скажу и передал своему тэну. Чтобы вы потом обсудили это с людьми Ормвика. Приняли какое-то решение. Ну и ваш тэн встретился со мной и рассказал, что вы в итоге решили.
– Я слушаю, – отозвался Ульфрик.
– Тогда я тебе скажу, что сначала я планировал поступить с вами как обычно, – начал я рассказ, – мы высадились недалеко от города. Мои воины избавились от сторожей на сигнальной скале и от стрелков той стороны на склонах фьорда.
– Так вот почему загорелся костер, и мы не дождались вторую часть отряда, – перебил меня Ульфрик.
– Именно, – подтвердил я, – мои люди раньше бывали в Ормвике, и мы вполне могли бы взять этот город приступом, а дальше как обычно.
– Что же изменилось на этот раз? – глухо спросил Ульфрик, пораженным известием о гибели своих товарищей.
– Я обещал жене, что попытаюсь прежде чем карать мятежников поговорить с ними и узнать, что их подвигло выступить против конунга, – объяснил я, – поэтому мы сейчас сидим и общаемся, а не сражаемся.
– Все написано на стене за твоей спиной, – Ульфрик кивнул на надпись.
– Как по мне, то этого мало для таких крайних мер, – сказал я, – мой отец мало заботился об Айсборге, но за последнее время город преобразился. Не веришь мне, спроси любого из воинов. И насколько я знаю с нас конунг берет не меньше, чем с вас.
– Я не знаю всего, но поборы конунга нас совсем разорили, – ответил Ульфрик.
– Хорошо, допустим, – я посмотрел на него, – но вы бы все равно не победили. Если бы мы просто ушли, то конунг узнал бы, что Ормвик пуст. А значит рано или поздно он бы решил прислать сюда людей, чтобы его снова заселить. Если бы вы ушли, вас бы было все равно, но вы-то остались. А значит пришлось бы воевать. Если бы вы сразились с нами и вам удалось победить меня и моих воинов, то пришли бы другие. Возможности конунга несоизмеримо больше ваших. Если бы победили мы, ты знаешь, чем все обычно заканчивается. Побег кстати тоже не вариант. Не думаю, что во владениях других конунгов вам достанутся более щадящие условия. Сейчас конунги воюют друг с другом. А для войны нужно две вещи – кровь и серебро.
– Можно уйти на материк, – уставившись в кружку сказал Ульфрик.
– И кто же вас примет? – насмешливо уточнил я, – галаты? На севере три правителя, а у них тридцать три. И воюют между собой они гораздо чаще. Славы? Они очень сильно любят пришельцев на длинных кораблях под полосатыми парусами, которые приходят грабить их города и деревни. Ромеи и тугары? Да они сразу превратят вас всех в рабов и продадут. Хотя нет, тугары предпочтут мужчин убить, женщин, детей и стариков продать, а девушек оставить для своих утех.
– А, чтобы сделал на нашем месте ты? – Ульфрик поднял голову от кружки и пристально посмотрел на меня.
– Честно? Не знаю, – мне показалось мой ответ его огорошил.
– Тогда зачем мы тут сидим и разговариваем, если ты не можешь нам помочь? – удивился Ульфрик.
– Я обещал жене, – напомнил я, – но мой ответ не означает, что я не думал над вашим положением. Я могу пригласить вас на свой остров. Место найдем, но тогда я попадаю в щекотливую ситуацию. Я у конунга отбираю серебро. Он мне этого не простит если узнает. А он про это рано или поздно узнает. Ну или еще вариант – вы выбираете меня своим хёвдингом и уже я буду перед конунгом решать ваши проблемы. На Исэе мне их решать пока удается. Ну и у вас всегда остается тот выход, что написан за моей спиной. Я могу просто уйти и рассказать конунгу про пустой город. Ну а дальше как получится.
– Хорошо, Белый Медведь, я расскажу тэну, все что ты мне сказал, – Ульфрик сделал попытку подняться, но стоявший за его спиной Бреки положил свою огромную ручищу ему на плечо, и попытка не удалась.
– Знаешь Ульфрик, – я сделал долгий глоток, – почему-то мне кажется, что твой тэн сам тут будет в скором времени.
– С чего ты взял? – Ульфрик исподлобья посмотрел на меня.
– Не верю я, что это все ваши воины, – улыбнулся я самой своей широкой улыбкой, – твои стражи фьорда хороши, когда нужно очистить палубу вражеского корабля от воинов, но для свалки в городе они слишком легко вооружены.
– Не верить твое право хёвдинг, но это все воины Ормвика, – в середине стола, занимаемой воинами Ульфрика поднялся высоким и широкоплечий воин.
– А вот похоже и тэн? – я вопросительно посмотрел на воина.
– Тебе не откажешь в проницательности хёвдинг, я тэн Ормвика – Альмар Иварсон по прозвищу Скряга, – представился воин.
