— Тоже подумал, что это Джулиан? — словно прочитав его мысли, шёпотом спросила Марселин. Стефан кивнул. — Я видела Джевела рядом с Данталионом и Джоном. Он не мог не заметить пропажи сына.
— Даже если бы это был праздник в честь их прародителей, он бы не держал руки при себе.
— Не слишком хорошее качество для принца.
Не то чтобы Марселин встречала много принцев, но Джулиан, пожалуй, самый свободолюбивый из них. Подобное поведение для эльфов, не обременённых властью или семьёй, было нормальным, но всё же эльфы славились своей сдержанностью и отличием от раскрепощённых фей. Вот и думай после этого, не подселили ли боги фею в тело эльфа.
— Пахнет сладостями, — объявила девушка, когда они вошли в следующий зал. Она повела носом и с наслаждением выдохнула: —
Стефан, не сдержавшись, прыснул от смеха.
— Феи не могут подавать лакрицу.
— Спорим?
Она подозвала оказавшуюся ближе всех служанку и спросила:
— Что на подносе?
— Земная сладость, — ответила служанка, дёрнув носом, очень похожим на олений. — Леди Камилла её очень любит, вот и приказала подать гостям.
Наследница Сердца, любящая земную еду? Стефана начинали привлекать приёмы у фей.
— Прекрасно, — прокомментировала Марселин, уже потянувшись к небольшой металлической тарелочке на подносе. — Я возьму немного… Вот так. Спасибо!
Служанка кивнула и упорхнула дальше. Марселин принялась жевать лакрицу, не обращая внимания на то, что этим сильно выделялась среди знатных дам, коих был полный зал. Она предложила и Стефану, но тот отказал, после чего намекнул ей, что они должны следовать дальше.
Когда на горизонте показался принц Джулиан, вполне себе прилично одетый и максимально незаинтересованный в происходящем, Марселин грязно выругалась.
— Значит, это был не он, — добавила она чуть тише, когда какой-то мужчина удивлённо обернулся к ним. — Много у эльфов пепельноволосых?
— Больше, чем мы думали, — коротко ответил Стефан.
Пепельные волосы принца считались подарком от его матери, скончавшейся, когда Джулиан был ещё слишком мал. Некоторые связывали это с тем, что сами прародители спустились с небес во время своей ночной охоты и отметили принца ещё во младенчестве, тем самым показав, что он — особенный. Другая теория гласила, что ещё до Вторжения принц столкнулся с чем-то, что навсегда изменило его волосы. Называть их сединой язык не поворачивался, однако Стефан часто слышал именно это выражение.
Эльфы никогда не отличались яркостью во внешности, но всё же обладатели пепельных или белых волос встречались крайне редко. Настолько, что Стефан почти никого из них не видел. Он знал Сибил, главного мага эльфов и советницу Джевела, и это, пожалуй, всё. Стефан редко когда работал с эльфами.
— Тогда, наверное, стоит извиниться, — продолжила Марселин.
— Перед кем?
— Обоими. Одного обвинили в том, что он безответственный принц, другого в том, что он не мог найти какую-нибудь комнату.
— Я даже не удивлюсь, если окажется, что это были чары. Вполне в стиле фей.
— Они бы не стали… — выдохнула Марселин, но почти тут же изменилась в лице и исправилась: — Именно они бы и стали делать это. Хотя зачем? Веселья и так достаточно.
— Или кто-то вусмерть пьяный решил, что это не так.
Марселин вздохнула. В этом были все феи: размах их празднеств был так огромен, что вмещал в себя невероятное количество безумств и сюрпризов, неподвластное для понимания людскими умами.
Какое-то время Джулиан беседовал с эльфом рядом с собой, лицо которого говорило о том, что он хочет провалиться сквозь землю. Затем принц, вяло оглядев зал, встрепенулся, заметив расположившихся возле бурлящего фонтана сальватора и наследницу фей. Эйс сидел рядом, болтая ногами, а Диона замерла в полуметре, спокойная, собранная, с каменным лицом, что для неё наверняка было очень трудно. Стефан понятия не имел, какие цели мог преследовать Джулиан и были ли они продиктованы его отцом, но принц, отмахнувшись от эльфа рядом, решительно направилась к фонтану.
— Чёрт, — выдала Марселин, — что он от них хочет?
Они надеялись на лучшее, но готовились к худшему. Джулиан, разумеется, не самый проблемный монарший отпрыск, которого знали сигридцы, однако он был проблемой здесь и сейчас. Любитель конфликтов, кутежей и тех моментов, когда тёмные создания лишались голов из-за чего меча. В столкновениях с демонами он участвовал редко, потому что его задача — быть рядом с троном и играть роль подстраховки для своего отца, однако это не означало, что Джулиан не умел сражаться. Просто из-за того, что он редко мог вырваться на поле боя, его ярость становилась в разы сильнее, а желание уничтожить тёмных созданий буквально витало в воздухе.
