На утро, первым делом повторил процедуру исцеления, хотя я и отдохнул, раны продолжали отдаваться давольно сильными вспышками боли. После того, как по телу пробежал легкий морозец, я стал чувствовать себя почти живым. Пора проведать пациента и змеек, вдруг этот тип уже очнулся... Ili okochurilsja. Броня. Подпространство. Ээ... Нет. Все еще zhivoj, no в отключке. Змейки нашлись неподалеку в таком состоянии, что я не вольно испугался. Приглядевшись, однако, быстро успокоился. Дело в том, что они сожрали по груше и теперь пытались их переварить. По этому, их тельца раздулись до неузнаваемости, став похожими на белые воздушные шарики, по какой-то причине не летающие а лежащие на земле. Вот я и испугался. Их тушки вяло шевелили хвостиками, точнее тем участком тела, что не принял форму проглоченной груши, а значит все нормально. Осмотрев парня с голубыми волосами, я пришел к выводу, что он скорее всего уже довольно долго шел по пустынe без еды и воды. Как выходить его в полевых условиях я не очень хорошо себе представлял. Все таки мое образование не совсем медицинское, теоретически необходима вода с некоторым количеством соли и желательно, лимонным соком. Ничего такого под боком не было, значит будем импровизировать. Нус попробуем... Пара груш была уложена на рубашку и превращена в подобие фарша когтями. Завернув полученную кашу в узелок, я попытался выжать из него сок прямо в рот парню. Получалось неплохо, фрукты были сочными, а рубашка из натуральной ткани (написано, что льняная, но я не очень то верил, исходя из не особенно высокой цены) и неплохо пропускала жидкость. С глотательным рефлексом все было нормально, может и не помрет у меня на глазах. Пришлось израсходовать семь груш, пока я не решил, что этого достаточно. Надо наверное набрать еще фруктов. Их расход в виде сока значительно выше, чем при обычном потреблении. За час я насобирал еще фруктов, пусть лучше загниют, чем остаться без ничего, если не успеем выбраться из этой пустыни. Наличие здесь деревьев меня немного успокоило, скорее всего граница этого проклятого места уже близко. За время пока я собирал груши, пациент так и не очнулся. Ну ничего, продолжим путь, а он пусть приходит в себя. Интересно, а сможем ли мы общаться? Ведь с Райконом я разговаривал с помощью терминала и как будто даже на русском. Но... Даже не знаю. Дома при общении через интернет, необходимо было проговаривать слова про себя. Компьютер с помощью имплантанта улавливал слова и передавал их на слуховой нерв собеседника. Но у души нет слуховых нервов, да и не проговаривал я слова общаясь с древним магом. Просто формулировал мысль с желанием ее донести... Вот блин! Чуть ли не телепатически разговаривал и даже не замечал этого! К счастью, с помощью старика Райкона, этот вопрос быстро прояснился. Оказалось это одно из знаний переданных Ваэррин людям. Любой маг может передавать свои мысли другому, либо через специальный астральный (сильные маги хаоса или особые артефакты могут использовать и духовный) канал, либо на близком расстоянии, напрямую через ауру. Таким образом передается само значение, смысл, суть, можно называть по разному. Ошибочно мнение, что таким образом невозможно лгать... Очень даже возможно, так же как и при обычном разговоре, можно проецировать и эмоции, но все это находится под властью сознания. Преимущество одно и весьма очевидное, полностью стирается языковой барьер, а из недостатков... передавать мысли могут лишь маги, а простые люди только принимать. Правда, магу, тем более если это менталист, ничего ни стоит вломиться в сознание простого человека и читать его поверхностные мысли, как открытую книгу. То о чем в данный момент человек не думает останется тайной даже для менталиста. Врядли этот парень маг. Наслушавшись Райкона я пришел к выводу, что даже не очень сильный predstavitel' jetogo plemeni не дошел бы до такого состояния и за несколько месяцев в этой пустыне. Ну тогда попытаюсь сам связаться с его сознанием, правда, не знаю пока как. Объяснения старика были воплощением сложности, “страшные” термины во всем своем изобилии перемежались с предлогами и междометиями, а понимал я только последние. Будем думать и решать когда проблема ребром встанет, сейчас лень.
Я шел в прежнем направлении, еще шесть часов, оставив далеко позади фруктовую рощицу. Пейзаж вокруг меня неохотно менялся. Сначала начали появляться участки сухой и растрескавшейся, но все же земли. Там откуда я пришел был лишь камень. Когда солнце уже перевалило зенит я решил перекусить и вернулся в подпространство. За время моего отсутствия ничего не изменилось, разве что змейки немного сдулись, а пациент как лежал, так и лежит. Схарчив несколько груш я продолжил свой путь.
