- У меня группа была своя, играли панк-рок, только я там вокалистом был.
- Я заметил, что ты тяготеешь к року, но запомни простую истину, что творчество «Нирваны» и «Гражданской обороны» здесь не канает. Здесь мы играем то, что нам говорят играть. Лучше покопайся в своем мозгу и вспомни какие-нибудь песенки о Родине, о маме, цветах и т.д.
- Я не знаю песен о маме,- с улыбкой ответил я руководителю.
- Ничего смешного здесь нет, я серьезно тебе говорю. Приходиться нам здесь такое играть, Юрок, это наша работа. Ты думаешь я по воле песни про маму пел? Совсем нет. Если музыкой занимался, должен был слышать группу «ДИВ».
- Ну конечно знаю такую группу, а что тебе тоже нравится?
- Да не просто нравится, я там до подсидки играл на басу. Пух мое погоняло, не веришь, посмотри состав группы при случае.
- Ну ни хрена себе,- я был поражен услышанным,- я и не думал, что здесь такие люди сидят!
- Вот так,- покраснел Виктор,- А тут приходится забыть о нормальной музыке. Так что настраивайся на работу.
Во всем сценарии новогодней программы было две песни, которые надо было играть мне. Одна композиция была из репертуара «Дискотеки Аварии», а вторая - песня группы «Чингисхан», с тупо переделанным текстом про новый год. Мне было очень интересно наблюдать, как преступники прыгали по сцене, словно дети, и пели песни про снежинки, мишуру и прочие новогодние прелести. Все это напоминало новогодний утренник в детском саду, с той лишь разницей, что исполнителей данных сказочных композиций жестоко били, если они забывали слова или инструментальные партии.
Как и во всей системе исполнения наказаний, в колонии тоже довольно часто проводились обыски. Назывались они режимным сектором. Это означало, что на какой-либо из секторов колонии приходили сотрудники режимного отдела и проводили полный шмон. Как раз за неделю до нового года сектор нагрянул в клуб. Всех зеков загнали в зрительный зал и стали шмонать подсобные помещения. После этого нас тали выводить по одному и обыскивать на выходе. Режимников было человек шесть. После обыска нас опять загнали в зал, и мусора полезли наверх в каморку, где репетировал духовой оркестр. Ковырялись они там довольно-таки долго. Когда обыск был окончен, всему коллективу духовиков было приказано построиться на улице. Пацанов увели в режимный отдел. Вернулись они к вечеру, но не все. Из разговоров между зеками я узнал, что у них в каморке нашли заваренный чай. По режиму чай можно было пить только в предназначенное для этого время. Пацаны запалились. Их привели в отдел и каждому по очереди надевали противогаз, перекрывая воздух. После нескольких таких процедур их валили на пол и пинали ногами по почкам. Руководителя духового оркестра били дольше остальных и, переборщив, разбили ему лицо. Чтобы скрыть данный факт от окружающих, его закрыли изолятор на 15 суток, чтобы прошли синяки. И никому из мусоров не было дела до того, что парень проведет новый год в ШИЗО.
Перед новым годом в клуб завезли коробки с чаем, конфетами, тортами и прочими сладостями. Все только и говорили о том, что на концертную программу приедет уполномоченный по правам человека Ландо.
«Ну хоть что-то в этой колонии делается для зеков», - думал я, - «хоть праздник дают нормально встретить». Оказалось, я ошибался.
31 декабря около четырех часов всю зону согнали в клуб. На трибуне появился огромный дядька, которого представили как зам. начальника колонии по кадровой и воспитательной работе майора Сергея Викторовича Бугаенко. Он обратился к зекам с речью о том, что год закончился, план на промзоне выполнен, но в следующем году его надо перевыполнить. Назвал фамилии передовиков и отстающих, долго говорил о подъеме культурной жизни в колонии и пожелал всем удачи в новом году. После этого мы сыграли пару песен, и все разошлись по баракам. Никаких конфет, никакого печенья…
Когда зеки покинули помещение клуба, были расставлены столы, на которые выложили все сладости.
- Андрюха, че за хуйня, - недоумевая обратился я к гитаристу, - кому это все накрывают?
- Так к нам Ландо сейчас приедет, телевидение.
- А зачем зеков отпустили?
- Потому что он не для зеков приедет, а для телевизора. И вообще, не задавай глупых вопросов, а то мы с тобой в изолятор уедем за такие разговоры.
Далее все происходило по следующему сценарию. К заднему входу клуба подъехало несколько автобусов, из которых выгрузились вольные артисты, телевидение и Ландо, который нарядился в Деда Мороза. За столы, которые ломились от угощений, посадили весь «цвет» колонии: козлов и председателей, завхозов и бугров. Нас всех собрала какая-то тетя, представилась организатором концертных программ при Министерстве культуры по Саратовской области и объяснила, что концерт отыграют вольные, а наш коллектив исполнит всего два номера.
- Как два номера? – попытался возразить наш худрук Виктор. – Ведь мы готовили полную программу.
