Мир, который создал я полностью

Вы верите в сказки? В добрые небылицы из детства? Хотя, что это я, если вы в них верите, то они совсем не небылицы. Если да, то я рад за вас, вам повезло. В сказки нужно верить, пусть не всегда всерьез, пусть немного в шутку, но нужно, ведь они всегда заканчиваются хорошо. А вот Богдану Безбожному повезло куда меньше чем вам. Он был писателем и не верил в истории, написанные Братьями Гримм или Шарлем Перро. Он верил лишь в романы, которые писал сам, грустные, трагические произведения, в которых не было ни капли добра, ни капли надежды. Героями его книг были люди с весьма трудными судьбами, люди, которым не повезло. Самое обидное, что эти книги покупали, они пользовались спросом, куда большим, чем добрые истории начинающих авторов. Читатели рыдали над романами Безбожного, превращая его книги в бестселлеры. Сам автор таких книг, как и его герои, был несчастлив. Деньги не доставляли ему столько радости, сколько могли бы доставлять. Богдан стал отцом одиночкой, когда его жена погибла в автокатастрофе, после чего он и начал писать свои драмы, ведь в нем больше не осталось веры в добро. У него было четверо детей: старшей дочери десять лет, а вот младшенькой — всего три. Старшему сыну — семь, а младшему — шесть. Он безумно их любил, вот только справиться со всеми не мог. Бог наградил Богдана очень капризными детьми, и это еще легко сказано. Эти четверо сорванцов просто не признавали никаких нянь. При появлении посторонней женщины в их доме, они устраивали настоящий ураган, и это в прямом смысле слова. Поэтому отцу всегда приходилось самому присматривать за детьми, что, кстати, сильно сказалось на его личной жизни, которой у писателя просто не было. Но, кажется, мы отошли от прямой темы моего повествования. Это история в первую очередь о сказке, которая стала реальностью, а потом стала. … Но об этом чуть позже.

Итак, все начинается в обычном московском метро, в которое и спускается наш герой, одетый в длинное черное пальто да серые джинсы. Со стороны Безбожный выглядит как среднестатистический житель Москвы. Его кудрявые волосы, которые сейчас развиваются на ветру и прямоугольные очки не выдают в нем писателя, хотя, наверное, трудно сказать, как должны выглядеть создатели книг. Богдан, который после смерти жены просто на дух перестал переносить наземный транспорт, ждал поезда. Мысли о том, чтобы поехать на такси или самому сесть за руль личного автомобиля, вызывали дрожь и безумный страх. Богдан был уверен: стоит ему воспользоваться транспортом на четырех колесах, как с ним обязательно что–нибудь произойдет, и тогда его дети станут сиротами. В кармане джинсов у Безбожного находилась флэшка с новым романом, который он сейчас и вез своему издателю. Очередная трагическая история о девушке из Индии, которая случайно оказывается в Москве, в городе который ее убьет. Смерть главной героини была стандартным сценарием всех книг Безбожного. Но сейчас Богдан думает не о своем новом творении, он думает о детях, о бедной соседке, что на свой страх и риск согласилась за ними присмотреть, и это за несколько дней до Нового года, когда большинство жителей Москвы только и делают, что готовятся к грядущему торжеству. И вот когда поезд уже подъехал на нужный путь, раздается крик. Многие романы писателя Безбожного, кстати, так и заканчиваются, раздается чей–то крик, а читателю, только и остается, что думать, что же там все–таки произошло. Но эта история только начинается.

Крик, что разнесся, как гром среди ясного неба, чуть ли не на все метро, принадлежал молодой девушке, которая появилась словно из воздуха. Одетая в одно синее ситцевое платье, в больших деревянных башмаках, эта брюнетка мигом приковывает к себе внимание окружающих. Кто–то громко вздыхает, кто–то произносит: О, боже. Но и те, и другие, быстро теряют к незнакомке интерес — впереди Новый год и у всех много дел, так что люди просто садятся в прибывший поезд и практически сразу забывают о девушке, что появилась из воздуха. Это Москва, а разве таким москвичей удивишь? Вот если бы в метро появился Дима Билан, пусть даже не в ситцевом платье, а в дорогой шубе из лисы, то наверняка люди бы еще долго обсуждали это явление, и вряд ли так скоро поспешили бы со станции. Но мы все разные, кого–то удивляет «звезда», а кого–то заинтересовывает необычная девушка, одетая в столь странный наряд, да так заинтересовывает, что этот кто–то напрочь забывает о прибывшем поезде, который уже вовсю направлялся к следующей станции. Этим кем–то и был наш писатель.