Иль надо оказать сопротивленье
И в долгой схватке с целым морем пищи
Покончить с ней? Доесть её. Забыться.
И знать, что этим обрываешь цепь
Сердечных мук и тысячи лишений,
Присущих телу. Это ли не цель
Желанная?
Уснуть… и видеть сны?
(Надеюсь господа Шекспир и Пастернак не обидятся)
Чтоб из жабы стать красоткой:
Нужно иль баклажку с водкой,
Иль такого мужика,
Чтоб косил под дурака.
Чтоб вновь в жабу превратиться:
Надо мужу подчиниться
И весь день шуршать по хате
В тапках, бигуди, халате,
То с кастрюлей, то с носками,
С недосыпом под глазами.
Котикам нравится, что их гладят,
Гладят даже когда они гадят,
Нагадят и смотрят невинным взглядом,
Мол счастливы будьте тем, что мы рядом.
Упрёков, обид не принимают,
Гуляют где и с кем пожелают,
Они свободны, ничем не связаны
Давать отчёт совсем не обязаны.
И чувства других – для них не тема,
Кто любит их, того и проблема.
Но жить со всем этим не каждый готов,
Поэтому столько бродячих котов.
Если в детстве не шалить,
То шалить когда?
Когда уже взрослым быть,
Просто некогда))).
Всё в мире относительно.
И если дополнительно
Финансов наскрести,
То будет всё оформлено,
Лишь надо знать доподлинно
Куда что отнести.
Говорила говорушка:
Чайка я, а не игрушка,
Голова снегов белей,
Лапки, словно у гусей,
Красные и с перепонкой,
Чтобы плавать было ловко.
Мы летаем над волнами.
Тёзки есть нам меж грибами,
По лесам, лугам растут,
Говорушками зовут.
Мы, ища себе супруга,
Долго говорим друг с другом.
Отчего их так назвали,
Нам, увы, не рассказали.
Как жалко мамонтов, бедняги,
Костей их полные овраги…
Их жизнью полнились леса.
Была губительной краса
Болот, питонов, пчёл и кошек.
Носились тучи всяких мошек
Язвили тело, пили кровь…
Возможно всё вернётся вновь,
И саблезубые медведи
Нам будут новые соседи,
И будем бегать голышом,
Жить в норах рядышком с кротом.
И, с холодами, у слонят
Шерсть отрастёт до самых пят.
Природа странное создание,
Суть разрушенья – созидание,
Суть созиданья – разрушенье…
Покоя вечное движенье.
Супер для супермена.
Полис для полисмена.
Клад для кладовщика.
Бал для баловника
Мел для меломана.
Карма для кармана.
Ведь букв каждая аналогия,
Для «умника» – этимология.
Солнце близилось к закату.
Он, неся домой зарплату,
Был немного подшофе,
Кофе с коньяком в кафе
Выпил с добрыми друзьями,
И, любуясь голубями,
Что обсели провода,
Вдруг услышал: «Вы куда?!»
В грудь толчок. Остановился.
И нимало удивился:
Перед ним, как нежный сон,
Всех желаний эталон.
Отвести не мог он глаз,
Потерял дар речи враз.
А она заулыбалась,
Птичьей трелью рассмеялась:
«Ах, я тоже виновата…»
Жгла карман ему зарплата…
Он, собрав остатки сил,
Перемирья запросил.
В ресторанчик завернули.
Тесный зал гудел, как улей.
Пригласил её на танец,
Чуть приобнял и румянец
Восхитительно сверкнул,
«Как невинна», – он вздохнул,
А она к нему прижалась,
А потом, кружась, умчалась
И исчезла, как фантом,
Вместе с полным кошельком.
В опустевшем ресторане
Он бледнел, как кот в сметане
У разбитого горшка,
Ожидал жену… тоска…
Размышлял, как бы соврать,
Чтоб скандала избежать.
А жена не торопилась,
Нежно с милым распростилась
И подругу села ждать,
Мужнин кошелёк забрать.
Вот годков назад так восемь,
Были славные деньки,
Лёд здесь был уже и в осень,
Всё вздыхали рыбаки,
А теперь сачки да бредни,
Кончился подлёдный лов,
Выбираем рыб последних
Пол реки перемолов.
Чтоб не думать мыслей вредных,
Сложим костерок у вод,
Шашлычок, 50 грамм бренди:
Здравствуй старый Новый Год!
Но, услышав эти бредни,
Возмущается народ:
Это как нам надо сбрендить,
Нюхнуть бренди в Новый Год!
Что у нас нет самогонки?!
Водка есть! И коньячок!
Вот сейчас устроим гонки,
Кто приляжет на бочок.
Ночь. Зима. Обмёрзли бредни,
В лёд врастая у реки.
Выпив всё, и даже бренди,
Спят в палатке рыбаки.
Бор за речкой, словно глыба,
Чуть снегов белеет след.
А в реке играет рыба,
Поедая лунный свет.
Снег выпал и тут же растаял.
Растаял и выпал опять.
И мысль в мозгах бьётся простая:
Ну хватит уже выпадать!
Кто нам по нраву, в результате?
Вопрос был задан как-то в чате.
Кого избрать мы предпочтём,
С кем время провести вдвоём?!
Нежнее – ясно же, мужчин,
На это тысячи причин.
А дамы, если они пресны,
Так никому не интересны,
Когда же перчик с чесночком,
Желанны в обществе любом.
Помню – маленькая келья,
Старый гном мешает зелья:
Чёрной крысы волосок,
Плюс нестираный носок
Рыцаря, что из похода,
Порошок, наверно сода…
Я тихонько наблюдал,
Но, внезапно, осознал:
Этот гном и эта келья
Мне подарок, эти зелья
Деньги принесут и власть,
Только надо их украсть,
Руку протянул, коснулся…
И, увы, тотчас проснулся.
Говорят, что виной – карантин:
Убивают подруги мужчин.
Двадцать лет жили вместе и вот:
Непонятный такой поворот.
Но во всём сам мужик виноват,
Что живя столько лет с ней подряд,
Средь мужских развлечений и дел,
С ней заботы делить не хотел.
Просто жил на работе мужик.
Дома быть целый день не привык.
А теперь стал во всё совать нос:
Кто звонил, что сказал, в чём вопрос.
Раньше было ему безразлично.
И жене это всё непривычно.
Мужики! Больше дома бывайте!
И к жене интерес проявляйте!
Задумчивая стылость лиц:
Непониманья яркий блиц,
Когда не знают, что сказать,
Или с чего рассказ начать,
Не отпугнуть чтоб с полушага,
