Различные карликовые государства влачили свое существование по всему Дорну: в глубоких песках и среди высоких пиков, вдоль морских берегов и на островах Перебитой Руки. Но лишь немногим из них удалось достичь могущества и величия Дейнов из Звездопада, Айронвудов из Айронвуда и Фаулеров из Поднебесья, лордов Широкого пути.
Следы андалов легко найти по всему Вестеросу южнее Перешейка, остались они и в Дорне. Впрочем, большинство историков согласились, что в этом краю андальское воздействие было гораздо слабее, чем в других южных королевствах. В отличие от Первых людей, новые пришельцы были мореплавателями, и самые предприимчивые их капитаны хорошо знали дорнийское побережье. Знали и общее мнение: там-де не найдешь ничего, кроме змей, скорпионов и песка. Неудивительно, что относительно мало захватчиков направило свои весла на полдень, поскольку гораздо ближе к Андалосу лежали земли намного богаче и зеленее – стоило всего лишь пересечь Узкое море.
Тем не менее, в суровых уголках мира всегда отыщется сколько-то искателей удачи, предпочитающих бродить нехожеными тропами, которых остерегаются прочие. Именно такими и были те андалы, что устремились в Дорн. Некоторые из них принялись соперничать с прибывшими ранее Первыми людьми за лучшие земли вдоль Зеленокровной и на побережье, другие рискнули двинуться в горы. А кое-кто осел в землях, где еще не ступала нога человека.
Среди таковых оказались Уллеры и Кворгилы. Первые возвели свою мрачную и источающую зловоние крепость у богатых серой желтых вод Серноводной реки, тогда как вторые обосновались среди дюн и песков, соорудив укрепление возле колодца, единственного на пятьдесят лиг окрест. Дальше к востоку, на холмах у слияния двух водных потоков, свой высокий светлый замок воздвигли Вейты. Река ниже по течению вскоре стала носить их имя. В подобных уединенных областях Дорна смогли для себя выкроить владения и Аллирионы, и Джордейны, и Сантагары.
Земли на восточном побережье, между Перебитой Рукой и Зеленокровной, которые ранее находились под непрочной властью дома Уэйдов и дома Шеллов, завоевал андальский искатель удачи Морган Мартелл со своими родичами. После победы в битве он захватил поселения прежних хозяев и сжег их замки, тем самым установив собственное господство над полоской каменистого берега в пятьдесят лиг длиной и десять – шириной.
В следующих столетиях сила Мартеллов росла... но медленно, ибо лордов этого дома и тогда уже (как и сейчас) знали как осторожных людей. До прибытия Нимерии дорнийцы и вовсе не признавали их могущественной силой. Более того, хотя соседними владениями правили сплошь короли, сами Мартеллы никогда не претендовали на этот титул, а на определенных этапах истории охотно преклоняли колено перед Джордейнами, королями Тора, могучими Айронвудами из Айронвуда, благочестивыми Аллирионами из Дара Богов, или же различными царьками Зеленокровной.
Мартеллы управляли своей невеликой собственностью уже сотни лет, когда десять тысяч кораблей принцессы Нимерии пристали к берегу Дорна неподалеку от того места, где ныне лежат Солнечное Копье и Тенистый город.
Повесть о том, как Нимерия взяла в супруги Морса Мартелла, как сожгла корабли и связала ройнаров с его домом, славой и щедростью, рассказывают повсеместно. Нет нужды здесь ее повторять заново, как и старые знакомые истории о выигранных и проигранных сражениях или заключенных и разорванных союзах.
Достаточно сказать, что знания и богатства, принесенные ройнарами в Вестерос, вкупе с честолюбием лорда Морса и непреклонной волей Нимерии с реки Ройны, дали Мартеллам возможность расширить свое влияние. Одолев одного за другим малозначащих лордов и королей, а напоследок разгромив самих Айронвудов, они объединили весь Дорн... но как княжество, не королевство. Морс и Нимерия никогда не именовали себя королем и королевой, предпочитая титулы принца и принцессы – по обычаю павших городов-государств Ройны. И хотя их потомки не раз одерживали победу над соперниками и показали, на что способны, сражаясь против Штормовых королей и королей Простора, традиция эта продолжилась вплоть до нынешних дней.
В песнях Нимерия предстает колдуньей и воительницей, но ни то, ни другое не является истиной. Во многих сражениях она хитро и умело руководила своими воинами на поле боя, хотя и не брала в руки оружие. Став немощной в силу прожитых лет, свою мудрость по части воинских дел принцесса передала наследникам, и те возглавляли войска после нее. И даже если ни один из них не совершил ничего равного деяниям Нимерии (ею были отосланы на Стену шесть плененных королей в золотых оковах), потомки ее с успехом хранили независимость Дорна от враждебных королей с севера и держали в повиновении собственных вспыльчивых и мстительных лордов гор и пустынь.
