Натан успел на автобус, прибежав на остановку недалеко от автомастерской за полминуты до отправления. Оплатив проезд, прошёл в конец почти пустого салона и вразвалку уселся на свободном месте.
Когда автобус выехал из Алуара, Натан, любуясь морем, вновь задремал. Проснулся он полтора часа спустя. К этому моменту за окном полностью стемнело. Автобус был уже недалеко от Монъепьера, но пока ещё ехал вдоль берега.
Сонно протерев глаза, Натан устремил взгляд на Анхальтский залив. На ребристой водной поверхности отражались обе луны Терры. На звёздном небосводе они, вращаясь каждая по своей орбите, из ночи в ночь вновь сближались, словно неминуемо столкнутся… Но, как и раньше, разойдутся и на этот раз.
Ни один учёный не мог объяснить это.
Создавая на поверхности Терры различные погодные явления, влияя и на прибои, обе луны подобным образом встречались лишь в несколько столетий. Каждый раз при этом происходило что-то необъяснимое. Всё остальное время учёным казалось, что в небе только один спутник — тот, который и должен был существовать.
«Интересно, — подумал Натан, уже напрямую рассматривая луны, — они ведь одинаковые, совершенно. Но видно вторую будто… сквозь какую-то вуаль. Правда, из ночи в ночь эта луна кажется всё чётче…»
Натан читал об этом в какой-то анхальтской газете, но давно — ещё в юности, до армии. Он помнил, что статейка заставила провести весь день в библиотеке в поисках астрономических трудов на эту тему. Но понял лишь одно: никто из учёных не воспринял всерьёз ту газетную идею. Разочаровавшись, Натан больше не вспоминал об этом.
Мысль статьи была проста, хоть и напоминала чью-то больную фантазию: происходящего раз в несколько веков в ночном небе Терры просто не должно быть. Не может планета обладать ещё одним спутником, который большую часть времени никак себя не проявляет, которого обычно даже не видно.
Натан усмехнулся.
«Всё так, словно одна из лун действительно не существует», — подумал он и, пересев к окну, прислонился лбом к стеклу.
Натану захотелось выйти, прогуляться в прохладе ночи, наслаждаясь сильным ветром — тем, который был совершенно другим высоко в заснеженных горах, на линии соприкосновения анхальтских и визамских войск.
Натан уже не раз лгал Алисии о своём прошлом. Лгал и Бернарду… Правду знал только Клод, но тоже далеко не всю.
«Что я там говорил? Что мне не приходилось убивать? — думал Натан. — Это ложь. Я просто не помню, сколько их было. Нет… Я не хочу вспоминать».
Он опустил взгляд на намотанную на руку кожаную ленту, словно под ней было то, что могло напомнить число отнятых жизней.
Из его воспоминаний вынырнуло лицо командующего силами вторжения в Визам. Натан стиснул зубы и устремил взгляд на поверхность моря. Теперь в его глазах была лишь ненависть.
Свернув с побережья, автобус начал подниматься по извилистым дорогам на высокий холм, к центру Монъепьера, но по пути сломался и выгрузил всех немногочисленных пассажиров.
Натан вышел одним из последних. Обойдя автобус, он заглянул под поднятый капот мотора, с которым уже возился водитель, но, качнув головой, лишь направился вверх по улице. Опыт автомеханика подсказывал: на месте неисправность не устранить.
Дорога к дому Натана пролегала по окраине Монъепьера, где не было плотной застройки, а между зданиями частенько виднелись поросшие кустарником пустыри. По пути практически никто не попадался. Всё население кутило вместе с приезжими в центре города в небольших кафе или ресторанах.
Едва дойдя до тропы, по которой можно было срезать через рощу, Натан внезапно остановился. Его пробил озноб, расслабленность уступила место настороженности, а сердцебиение участилось.
То, что Натан испытал, было сродни ощущению опасности.
Казалось, что кто-то — а скорее даже
Словно из тумана, из воспоминаний Натана начали всплывать образы того, с чем пришлось столкнуться в Визамских горах семь лет назад.
Натан искоса посмотрел в сторону того, что заставило испытать уже забытые, связанные с произошедшим чувства. Оно будто бы находилось даже не на Ариманском полуострове — где-то на территории Республики… Но, несмотря на расстояние, ужасало.
Натан нервно сглотнул. Ему казалось, что время застыло. Дыхание стало медленным и тихим… Затем совсем рядом раздался хруст сухой ветки.
Натан вздрогнул и мгновенно повернулся на звук.
Из-за ближайшего куста, осторожно ступая длинными лапами, показалась рысь. В темноте было крайне тяжело её рассмотреть, но в том, что это точно не та дикая кошка, семейство которых встречалось здесь и в южных степях Империи, Натан не сомневался.