— Это хорошо. — Клод кивнул, но чтобы всё же поддеть подчинённую, сообщил: — Насчёт Майера. Вчера в мастерской он достаточно легко разгадал, кто ты.
— Да чёртов анхальтец!.. — Фелиция от досады закусила губу. — Точно! Он же видел меня раньше! Мельком, правда, но… Сэр! Я прошу прощения!..
— Не надо, — перебил Клод. — Просто не недооценивай Майера. Это всё, лейтенант.
— Есть! — Фелиция по привычке отдала честь, затем качнула головой и куда более тихо, словно вспомнив, что не должна привлекать внимание, произнесла: — Я поняла.
Лейтенант Фелиция Шеро́ развернулась и пошла прочь, но неуверенно, будто всё время порываясь вернуться и что-то уточнить.
«Хочет спросить о Майере, — решил Клод и ухмыльнулся. — Ну уж нет, Фелиция. Только мы вдвоём знаем, что у нас на побегушках залётный имперец. А о том, что у него богатый боевой опыт, знаю вообще только я один. И раскрывать парня не собираюсь даже тебе».
Клод потушил папиросу. Его мысли полностью переключились на предстоящую операцию.
«Не понимаю… — думал он. — Точнее, с сенатором-то всё ясно: его попросту купили. Но урилийцы-то?.. Допустим, они получат от сенатора сведения о передвижениях и охране Кайзе-старшего и Стального Канцлера. Неужели и в самом деле хотят устроить покушение, пока гости на полуострове? Почему, чего урилийцы добьются этим?.. Надеются устранить кронпринца и канцлера, пока к ним можно подобраться? А о последствиях в виде большой войны они совсем не думают?»
Клод устремил взгляд на жителей Алуара, наслаждающихся безмятежными летними деньками.
«Неужели всё из-за зависти? — продолжал рассуждать Клод. — Конечно, даже пока Ариман ещё был в составе Республики, я уже замечал эту возрастающую злость, взращиваемую слепую ненависть по отношению к Империи. По отношению к государству, которое столько сделало во благо своего строптивого соседа! Но всё-таки!.. Всё-таки… Неужели это просто желание стать успешнее,
Восьмого июля, в день выполнения задания секретной службы, Натан собрался выехать намного раньше намеченного времени, хотя опера в Большом театре Алуара начиналась только в шесть вечера.
Натан начисто побрился, а кажущиеся излишне длинными волосы собрал на затылке, повязав резинкой. Однако практически тут же, поморщившись, распустил их. Взгляд Натана зацепился за пару длинных узких заколок-зажимов иссиня-чёрного цвета. Эти «крокодильчики» остались здесь случайно, а возможностей вернуть их хозяйке-забывашке оказалось не так уж много.
Натан воспользовался «крокодильчиками» и, как ни странно, остался доволен: подсобранные волосы хотя бы не выглядели так нелепо, как совсем короткий хвостик. При этом удалось главное: стать менее узнаваемым для мимолётного взгляда.
«Со шрамом бы что-то сделать…» — подумал Натан, но ни косметики, ни тем более грима под рукой попросту не было.
Запихнув в сумку текстильные перчатки, простенькую светло-серую кепку, такого же цвета шёлковый платок и тёмно-серую футболку, Натан положил внутрь плотно перевязанный свёрток. В нём находились люгард с парой обойм и глушителем, а также керамбит в ножнах, ещё утром извлечённый из тайника под кроватью. Проверив собранные вещи, Натан переоделся в светлые брюки и белую шёлковую рубашку и, оставив на террасе корм для бродячей кошки, отправился на автовокзал.
Путь до Большого театра в Алуаре занимал чуть больше времени, чем до автомастерской. Но хуже всего было то, что из Монъепьера пришлось отъезжать в разгар дневной жары.
Уже в дороге удивлённые возгласы пассажиров заставили Натана отдёрнуть штору и выглянуть в окно. Автобус ещё даже не спустился к пляжу Монъепьера. Дома закончились, и по обе стороны виднелись лишь низенькие деревца и подобные свечкам пирамидальные раины.
Рядом с валуном в нескольких метрах от обочины сидела крупная белоснежная рысь. Именно она стала причиной восторженных возгласов.
«Визамская рысь? Снова, что ли?» — удивился Натан и усмехнулся.
Но его взгляд тут же стал острым, а с лица исчезли любые намёки на улыбку.
Натану показалось, что рысь смотрела прямо на него, причём пристально, словно автобус её не пугал, а другие пассажиры совершенно не интересовали. Казалось, она могла бы почесаться или хотя бы зевнуть и потянуться. Но вместо этого, всё ещё не отрывая взгляда от автобуса — а точнее, от конкретного пассажира, — рысь поднялась на лапы, развернулась и высоким прыжком скрылась в зарослях.
«Только позавчера видел такую же, — вспомнил Натан. — Или даже именно эту?.. Что-то такие встречи стали происходить слишком часто. — Он вновь остро усмехнулся, совершенно не так, как обычно. — Пусть это будет хорошим знаком… перед
В Алуар Натан приехал около двух часов дня. Ещё минут пятнадцать потребовалось на то, чтобы автобус добрался до юго-западной части города, который считался центром культуры Аримана.