«Потому что Оливье что-то хотел от меня в Империи», — вспомнил он и повернулся к Карине.
Натан с удивлением отметил её пристальный взгляд. Но она тут же опустила глаза.
— Кстати, а ты… — неловко заговорил Натан. — Ты слышала, что в окрестностях Монъепьера видели горную рысь?
— Да‑а?.. Это визамская, что ли? Что ей тут делать?
— Я и сам видел её. Уже несколько раз.
— Хм‑м?.. А не почудилось ли?
Натан лишь хмыкнул, понимая, что не убедит Карину: иногда она была слишком упрямой.
— Кстати о рысях, теперь уже обычных, — вновь заговорил он. — Сегодня одна чуть не бросилась на меня. Совсем недавно, по пути через рощу. И кажется… Кажется, я видел что-то ещё… Хотя‑а, наверное, это был плод моего воображения.
Допив кофе, Натан поставил кружку на стоящий рядом столик и закурил.
— Может, кому-то просто нужно отдохнуть, а не шастать нелюдимыми тропами? — иронично заметила Карина. — Тогда не буду мешать… Тем более раз за сигареты взялся.
Натан выдохнул сизый дым и, усмехнувшись, спросил:
— Значит, как явилась, так и исчезаешь?.. Всё как обычно, в общем. Что ж, до встречи через сколько-то там дней?
Спустившись по лестнице, Карина улыбнулась в ответ и помахала рукой.
«И никаких тебе благодарностей за кофе… Впрочем, действительно как обычно», — заметил Натан.
Из его совсем свежих воспоминаний всплыло то, как Карина изящно потягивалась, затем — все её повадки, включая редкий долгий взгляд в глаза и движения, сочетающие грацию и пластику… И он вдруг понял:
«Так Алисия тем вечером про неё говорила? Это Карина — кошка, которая гуляет сама по себе? Ну да, похожа…»
Перед мысленным взором Натана возник смутный образ девчонки, чьего лица он почти не помнил. Но даже спустя семь лет не забыл её светящиеся в полумраке глаза и похожие на рысьи уши.
Этот образ был частью пережитого им в Визамскую войну.
Натан многое помнил из того периода жизни, но только до определённого момента, а после — чистый лист. Следующее отчётливое воспоминание было уже о госпитале в предгорьях Визама. Именно это — те самые таинственные провалы в памяти, о которых Натан рассказывал Бернарду.
«Сколько бы я сам ни пытался отрицать, каким бы невероятным оно ни казалось… — Натан опустил взгляд на руку, между пальцами которой начали виться нити молний. — Семь лет назад в тех горах я действительно повстречал Хранителя и каким-то образом получил от неё Камень души дракона. А эти мои способности — живое тому подтверждение. Это ведь не заклятья, они получаются совсем не как у искусников».
Бросив окурок в пепельницу, которой служила банка от консервов, Натан забрал со столика пустую кружку.
«Я хочу вспомнить всё, что забыл, — подумал он и только теперь заметил, что лишился одной из кружек. — Так, а
Даже не осознавая, что улыбается, Натан направился ко входу в дом. Но уже у двери остановился, внимательно смотря на стену, и включил светильник.
На досках фасада на уровне выше головы Натана, куда не смогло бы дотянуться ни одно здешнее животное, кроме, возможно, той самой визамской рыси, виднелись глубокие следы от когтей. Он даже мог бы поверить в то, что, встав на задние лапы, оставила их именно забредшая сюда дикая горная кошка. Но была проблема…
«Это что за рысь с настолько широко расставленными пальцами? Словно кто-то приделал когти к человеческой руке… — подумал Натан и обратил задумчивый взгляд через прихожую на кухню. — Карина ведь именно на этом месте стояла, когда… потягивалась? Не могла же она оставить
***
Карина прошла до конца улицы, плавно огибающей склон холма. На перекрёстке свернула на другую, ведущую к побережью. Карина не обращала ни малейшего внимания на жителей, наслаждающихся прохладой позднего вечера. Она лишь медленно, но уверенно вышагивала, держа в руках уже пустую кружку.
Со стороны казалось, что анхальтка просто гуляла, погрузившись в мысли.
Карина остановилась у едва различимой тропы, ведущей вглубь рощи, через которую Натан возвращался домой, и пристально вгляделась в темноту. Свернув здесь, можно было добраться до нужного места, не проходя через спортивную площадку напротив дома друга.
Карина не хотела, чтобы Натан увидел, как она пошла в рощу; это был единственный оставшийся для неё путь.
Убедившись, что рядом никого нет, Карина целеустремлённо направилась в заросли, где лишь лунный свет разгонял мрак. Вскоре она оказалась на нужной тропе, совершенно одна. Карина прислушалась к окружающим звукам, принюхалась к витающим в воздухе ароматам. Она прошла по тропе ещё метров пятнадцать в сторону побережья, прежде чем отчётливо почуяла то, что ускользнёт от любого другого человека.
Запах крови…
Карина замедлила шаг. Наконец она разглядела примятую траву, которую могли оставить сцепившиеся в схватке животные. Направившись по следу, свернула с тропы и за очередным кустом обнаружила самца рыси.