Казахстан начал переход к капитализму и по теории земля являлась бесценным активом, дом
никто покупать не хотел. Покупательский спрос был близок к нулю, это я потом понял.
Все, что могло поместиться в городскую квартиру, забрали с собой, остальное
законсервировали до лучших времен.
Раз в месяц заезжали, чтобы убедиться, что все в порядке, и каждый раз убеждались в
обратном. Дом стремительно дряхлел, из него уходила жизнь. Все приходило в запустенье, хотя
мы и старались поддерживать порядок. Но время и воровство делали свое дело.
Как-то раз я сидел во дворе, смотрел на то, что происходит вокруг, и от осознания
собственного бессилия впадал в депрессию.
Я понимал, что точка невозврата пройдена и мир больше не будет прежним, но сердце этого
не принимало. Ведь рушился привычный для меня жизненный уклад, олицетворением которого и
был бабушкин дом.
В какой-то момент я решил для себя оцифровать то, что вижу, и посчитать примерные
издержки. Получив искомую цифру, я ее зафиксировал – и практически сразу успокоился.
Видимо, именно в тот момент, чтобы защитить психику, мозг подсказал решение: не пытайся
больше спасти то, что спасти невозможно, не переживай, не суетись и двигайся дальше,
заработай в другом месте.
Больше я никак не отвлекался на старый дом, а двинулся вперед, к капиталистическому
счастью.
А дом вернулся ко мне лишь однажды, во сне, прямо накануне ареста.
Но это уже совсем другая история.
04.04.13
Я не меломан, нисколько. К сожалению. Однако даже я заметил, что рок-музыка все же
умирает. Ее стало совсем мало. И в эфире. И в поведении людей. И воздух вокруг больше не
пропитан ею. Я грущу и сожалею. Меланхолично.
05.04.13
Пр о слияния и поглощения,
или Когда банковской амбиции не хватает амуниции
За завтраком я рассказывал членам семьи разные истории, связанные с банками.
Вспомнил, как в 90-х ездил в Кустанай и встречался с представителями двух банков: «Арай
Банка» и банка «Апогей». На предмет их приобретения или поглощения Семипалатинским
городским акционерным банком (СГАБ). Не договорились. Нет, не по цене, а по амбициям
владельцев. Им показалось, что продаться другому региональному банку – не комильфо. Потом
их не стало. А СГАБ объединился с «ИртышБизнесБанком».
В начале 2000-х я встречался уже в Павлодаре с руководством «Дана Банка». Тема встречи
была прежней – слияние или поглощение. В этот раз договорились по всем вопросам. Когда уже
был готов протокол намерений, партнеры выдвинули последнее условие, про которое до этого
забыли упомянуть. Объединенный банк должен был называться «Дана», и никак иначе. Потому
что так зовут дочь основного акционера. Как вы догадываетесь, эта сделка тоже не случилась. И
тот банк в дальнейшем тоже ушел в историю.
Потом «ИртышБизнесБанк» стал «Альянс Банком». Тут начинается новейшая история, и я ее
обязательно расскажу. Потом.
Желаю всем не терять задора и здоровых амбиций!
13.04.13
На мой взгляд, одна из самых порочных поговорок-мантр: «на тот свет денег с собой не
унесешь».
Что же получается, жить надо только ради того, что можно с собой унести? Психология
советского «несуна» какая-то.
И если на тот свет нельзя вообще ничего унести, может, вообще не жить? )))
Так что, живите богато!
* * *
Человек не вечен, а его поступки и проступки имеют такую перспективу. Человек не вечен, а
деньги вечны. Вывод: мир безумен, жизнь конечна. )))
22.04.13
Не усложняйте простые вещи,
или От ста страниц договора осталось
всего два листочка. .
В конце 90-х прошлого столетия мы прибыли в Семипалатинск и приступили к работе в
Семипалатинском городском акционерном банке. Учитывая, что до этого мы с Алексеем
трудились в «Альфа-Банке», то привезли с собой большое количество нормативных документов,
включая организационную структуру банка, нарисованную от руки самим Андреем Натановичем
Раппопортом, который в то время возглавлял московский «Альфа-Банк». К сожалению, сей
бесценный документ я потом потерял во время бесчисленных переездов.
Среди документов были и образцы различных договоров, которые я отдал юристам банка,
чтобы они их переделали с учетом местных реалий. Надо понимать, что это были 90-е, а
договоры разрабатывали московские специалисты, и один только кредитный договор состоял
примерно из ста страниц.
Через недели наши юристы доложили, что адаптировали договоры. Я их похвалил за
расторопность и попросил занести мне образцы.
Каково же было мое удивление, когда я увидел, что от кредитного договора осталось только
две страницы. И то – очень крупным шрифтом.
Потом еще целый час меня отпаивал чаем и успокаивал Алексей. И тогда же он произнес
фразу, которую я запомнил, и которая стала для меня хрестоматийной. Он сказал: «Жомарт, не
усложняй простые вещи и ищи во всем здравый смысл».
И он оказался чертовски прав. Ведь договор содержал основные пункты и в дальнейшем
