– Слушай внимательно, собрат, – начал настойчиво вещать шаман Ашантир. – Земле грозит небывалая опасность. Полчища кровососов готовятся ворваться в ваш мир, уничтожить большую часть населения, а остальных сделать своими живыми кормушками. Опасность грозит каждому, от мала до велика. Ты понимаешь меня, собрат?
Судя по лицу подгородского шамана он с трудом верил в происходящее и даже иногда щипал себя за локоть.
Ашантир взревел так громко, что у меня по коже пошли пупырышки, а состояние воронки накатило с такой силой, что еле удержалась, чтобы не провалиться в неё – спасло наставление Алекса дышать без перерывов и не давать произойти вспышке в солнечном сплетении.
– Собрат! Ты понимаешь меня?!
Подгородец подпрыгнул на месте и быстро закивал.
– Д-д-да… Понимаю…
Шаман Ашантир смягчаться не собирался, он снова прогудел:
– Ты должен связаться с… как вы там называетесь?
Мы не сразу поняли, чего от нас хочет Ашантир, который оглянулся и смотрит на нас с суровым вопрошением. Быстрее всех сообразил Алекс, который еле стоит на коленях.
– АКОПОС… – прохрипел он. – Мы АКОПОС.
Ашантир кивнул и вновь повернулся к линзе со словами:
– Именно, собрат. Ты должен связаться с АКОПОС и сообщить им о готовящемся вторжении. Ты понимаешь меня?
Когда перепуганный до бледности шаман Подгорода судорожно закивал, Ашантир успел подробно объяснить ему ситуацию, передать координаты для Спрутовской, чтобы та смогла с помощью своих колец каким-то неведомым образом организвать проходы в Небулам, при этом не срывать чары щита. Что само по себе почти не возможно. Но в данном случае важно передать информацию, что мы и сделали.
Когда Ашантир сообщил, что мы с Алексом и Соловьем живы, подгородец закивал, а линза замутилась. Как я позже поняла вовсе не из-за того, что связь прервалась. Дело во мне. Потому что рассказ про АКОПОС напомнил о Михе, чье лицо проступило в линзе буквально через пару секунд.
Именно лицо. Хотя раньше я не видела его в человеческом облике, но узнать Миху это не помешало – громадный, массивный, с плечами, похожими на куски скалы, волевым лицом и с крупными, острыми, мужественными чертами. Миха сидит у себя в кабинете в черной обтягивающей майке с надписью АКОПОС во всю мощную грудь. Рядом на столе закинув ногу на ногу восседает Свирэль в одном лишь белье из красного кружева. Таком откровенном, что в толпе лонгоморфов ахнули.
Медведь и эльфийка вытаращились на нас, Свирэль неверяще выдохнула, прикрыв пухлые губы ладонью:
– Мишенька, это же агенты!
Миха изумленно зарычал:
– Етить вашу пчелу! Хром, Сол, Яра! Вы живы!
Что произошло дальше я не могла предугадать. Кто мог подумать, что я буду так рада видеть медведя, что весь мой баланс пойдет через не приведи что, меня колыхнет и я чихну. А в следующий момент из линзы раздастся перепуганный визг Свирэль и рычание медведя:
– Свирэлька, осторожно!
А потом яростный и беспощадный порыв ветра повалит всех нас наземь и задует костер связи. И когда мы придем в себя, возле прогоревших поленьев обнаружится держащийся за голову медведь.
Голова соображала плохо, в ушах звенело, будто упало давление. Несколько секунд я не верила глазам и не понимала, что произошло. И лишь когда слева донесся слабый стон Алекса, который валяется на земле раскинув руки, будто по нему катком проехали, до меня вяло дошло.
– Миха? Это ты? Ты – здесь? – выговорила я непослушным языком, ощущая, как мысли плавают в вязком тумане.
Оборотень с силой потер себя по щекам, потом шлепнул по левой и тряхнул головой с густой коричневой шевелюрой.
– Не знаю, где это – здесь, – прорычал он. – Но это точно не там. И это я.
Я выдохнула слабо:
– Но… как? Как так?.. Как ты тут оказался???
Миха перестал качаться и шумно поскреб щетину, сладко кривясь.
– Как, как, – отозвался он и хрустнул шеей, – занимались со Свирэлькой… гм… документами. Тут ваши рожи в воздухе всплыли. Потом закрутил смерч, я только Свирэльку в сторону толкнуть успел и меня всосало. А потом шандарахнуло оземь. Кстати, где я?
Из-за моей спины выступил Соловей, который все это время придерживал меня, чтобы не грохнулась.
– В Небулане, Миха, – ответил он.
Карие глаза медведя выкатились, он впечатленно присвистнул.
– Ёк-тыг-дык! Прямо-таки в Небулане? – переспросил он с недоверием и покосился на меня, будто я олицетворение правды и лишь мой ответ можно воспринимать, как истину.
Пришлось кивнуть.
– Ничего не поделать, Миха, – подтвердила я, нервно дрожа, предчувствуя выволочку. – Это действительно Небулан, а вокруг наши новые знакомые – лонгоморфы. Что-то вроде потомков людей и эльфов.
Взгляд, которым медведь окинул толпу, собравшуюся возле тлеющих головешек от костра, сообщил, что доверять каким-то там лонгоморфам он не собирается. На его лице выступила шерсть, клыки в медвежьей пасти вытянулись, что верный сигнал – оборотень готов к любым неожиданностям.
– Чего ещё за лонго… Кто? – с хмурым недоверием прорычал он.
