Николас пнул его ногу и округлил глаза. Кит выпрямился, поднял голову и поперхнулся воздухом: девушка смотрела недостаточно пристально, чтобы под её взглядом становилось неуютно, но всё же внимательно. Светло-фиолетовая форма сидела точно по фигуре, блестящие каштановые локоны держались благодаря тонкому голубому ободку, а накрашенные таким же оттенком ногти отчего-то показались Киту слишком яркими. Девушка смотрела на него, ожидая ответа, и Кит смотрел в ответ, чувствуя, как всё внутри шевелится. Слишком много магии, — так ощущаются чары Николаса, которыми он скрывал Твайлу, не желавшую принимать чужой облик, или дело было в чём-то другом? — слишком много хаоса, будто тот охватил его с ног до головы. Перед глазами на несколько мгновений всё расплывалось в цветные пятна, а затем становилось нормальным. Либо Кит уже был отравлен хаосом демоницы, прямо сейчас прожигавшей его взглядом (небось исключительно потому, что из-за его медлительности откладывался её обед), либо ему не показалось, и на долю секунды на лице официантки отразились какие-то лиловые линии.
— Э-э-э… — наконец выдавил он, стоило Николасу пнуть его ногу ещё раз. — Кесадилью.
Девушка сделала пометку в блокноте и ещё раз повторила их заказ. Николас сказал, что всё верно, после чего официантка умчалась так же быстро, как и появилась. Твайла откинулась на спинку стула, собрав руки на груди, исподлобья посмотрела на него самым убийственным взглядом из всех, что Кит видел за эти дни.
— Что? — буркнул он, удержавшись от ядовитого комментария, уже крутившегося на языке.
— Ты действительно глупый. Вот поэтому до сих пор и не сумел убить меня, — с победной улыбкой добавила она, гордо расправив плечи.
Не будь у них одинаковых сигилов и магии, связавшей их жизни, Кит бы задушил её собственными руками. Почему эта демоница, которая должна пытаться убить его и просто сожрать, ведёт себя так по-человечески? Почему она делает всё то, что делают обычные люди, и ещё ни разу не показала себя настоящую? Неужели Николас скрывал не только её присутствие, но и истинную природу, которой отличались все тёмные создания?
— Поверь мне, — копируя её улыбку, ответил Кит, — как только Николас отвлечётся, всего на секунду, твоя голова слетит с плеч.
— Пока мы ищем кристалл Масрура? Сомневаюсь. И потом, когда коалиция поймёт, что я не виновата, ты не посмеешь меня даже пальцем тронуть.
— Это мы ещё посмотрим.
Николас вымученно вздохнул и приложился лбом об стол. Обычно он не демонстрировал своего плохого настроения, только в самый первый раз, на крыше какого-то небоскрёба сорвался, но с тех пор — только улыбки, шутки и позитив, который он излучал за всех троих. Но, возможно, дело было в том, что поиски кристалла Масрура шли очень и очень туго.
Этой идеей Николас загорелся почти две недели назад, но пока что единственное, что они узнали, так это то, что сальватор не переносит креветки по-креольски. В какой-то момент поиск привёл их в Пенсильванию, и в свободный час Николас решил попробовать одно из самых популярных блюд на линии Мэйсона-Диксона. Кит не должен был злорадствовать, но не мог удержаться. Всё-таки, его таскали за собой, как зверушку, а он даже не знал точно, что и как им следует искать.
Нет, он, конечно, знал, что такое кристалл памяти, и знал, что у Второго сальватора, Масрура, был такой, но слабо представлял, как он может помочь Николасу доказать невиновность Твайлы. Кит лишь знал, что у них были свои источники информации, которые они щедро использовали, но настолько тайно, что искатель ни разу не смог застать их за обсуждением. Вокруг постоянно вились драу, Николас куда-то пропадал буквально на пару минут, перед этим разделяя пространство между Китом и Твайлой достаточно крепким барьером, но для создания единой картины подобных наблюдений было катастрофически мало.
Откуда они знали, где искать кристалл Масрура? К кому обращались за помощью? Почему решили, что в сохранённых воспоминаниях Второго сальватора может быть что-то, что поможет доказать невиновность Твайлы? Почему вообще верили, что Твайла невиновна?
Кит следил за ней достаточно долго — если она никому не навредила до сих пор, это не означало, что она совсем уж белая и пушистая.
Кит знал, какие тёмные создания на самом деле. Он видел, как они разрывали тела его товарищей на части, как сводили их с ума, как проникали в сердца и души и заставляли нападать на других. Он помнил, как выглядел Рик, когда в нападавшем на Пайпер демоне сумели опознать именно его. Он помнил, во что превратился дом господина Илира и каким было его тело — хватило всего взгляда, чтобы столь ужасающая картина навсегда отпечаталась в его памяти. В кошмарах он часто видел два тела, истерзанных до неузнаваемости, чувствовал тяжёлый запах крови и знал, что это было результатом стараний демонов.
Кит знал, какие тёмные создание на самом деле, и не был намерен спускать глаз с демоницы. Костьми ляжет, но сумеет доказать, что она не та, за кого пытается себя выдать.
