Соня ничего не понимала. Николас и Кит перебрасывались фразами, игнорируя недовольство Бласа, который продолжал прожигать её взглядом. Алекс не двигался и наверняка был готов на что угодно, чтобы доказать мужчине его неправоту, но Соня не могла позволить этой глупой стычке перерасти во что-то большее. Даже если слова мужчины задели её, даже если ей почему-то казалось, что он говорил правду. Николас пытался защитить демоницу, а той до сих пор требовалась помощь — сальватор вряд ли отступит и перенесёт их в другое место.
— Пойдём, — пробормотала Соня, вцепившись в плечо Алекса. — Нам нечего здесь делать.
Бросив что-то Киту, Николас подбежал к ним, взял их за руки и вновь перебросил в другое место. На парковке, ограждённой сетчатым забором и низкими каменными стенами, было почти пусто, не считая нескольких машин и мусорных баков вдалеке.
— Подождите минутку, — торопливо произнёс Николас, исчезнув.
Соня уставилась в пространство перед собой и не сразу осознала, что почти сразу же, даже не по прошествии обозначенной сальватором минуты, благодаря его магии перед ними появился Кит. На его красной толстовке отпечаталась чёрная кровь, на лице застыло выражение, которое Соня не могла прочитать.
Она и не пыталась. С трудом переставляя ноги, Соня подошла к ближайшей каменной ограде и села, не боясь, что следящий за порядком охранник как-нибудь её заметит и сгонит с места, а после и с парковки.
— Николас сказал, что мы в десяти минутах от дома Бласа, — проговорил Кит, вслед за Алексом подойдя ближе к Соне. — Может, дело займёт меньше получаса, не знаю, но… О чём говорил тот мужик?
Соня понятия не имела. Вернее сказать, она знала перевод, но никак не могла понять, для чего мужчина использовать эти слова, обращаясь к ней. Да и почему к ней? Что она сделала не так?
— Почему ты помогаешь демону? — задал свой вопрос Алекс, грозно собрав руки на груди.
— А, чёрт, тут всё так запутано… Сам не знаю, — будто чувствуя вину за это, Кит опустил взгляд и пнул какую-то смятую бумажку, оказавшуюся ближе всего. — Я думал, что тогда Николас связал наши жизни магией. Он так и сказал: умрёт один — умрут и двое других. И я не мог рисковать сальватором, так что ждал, но… Я не думал, что этот фокус с магией действительно фокус. И не понял, почему всё же Твайла бросилась на Маракса.
— Сказала, что защищала тебя, — услужливо напомнил Алекс.
Соня подняла на него глаза и по одному выражению лица поняла: сейчас искателю плевать на демоницу. Тот мужчина встревожил Соню, и теперь для Алекса она была на первом месте, но, зная, что ей нужно немного времени, чтобы осознать это, он намеренно переключал внимание Кита, пытался узнать о демонице больше и тем самым выполнял две задачи разом.
Соня могла бы поблагодарить его, если бы не чувствовала себя обессиленной и сбитой с толку.
И отчего-то виноватой.
— И я не понимаю, почему! — ответил Кит, схватив себя за волосы. — Это же Маракс, как она бы с ним справилась?
— Ты мог оставить её умереть. Почему пытался спасти?
— Не знаю! — ещё громче ответил Кит. — Просто среагировал, и всё… Не знаю. Она странная. Ведёт себя, как человек, и никому ещё не навредила… Может, будем считать, что я просто вернул ей долг? За то, что она пыталась спасти меня, я пытался спасти её.
Алекс недоверчиво хмыкнул и аккуратно скосил глаза на Соню. Он, разумеется, подмечал переменчивое поведение Кита, его интонации, взгляды и словесные обороты, но в то же время он пытался убедиться, что Соня ещё держится.
Она не держалась. Она ничего не понимала, но чувствовала, что медленно тонет.
Воздуха становилось всё меньше. Слова мужчины гремели в ушах, его голос без остановки повторял: «Nacido en la sangre, nacido en la sangre, nacido en la sangre».
Даже если опустить вполне естественные ошибки, которые могли возникнуть при переводе, или наличие какого-то особого произношения в этой местности, о котором, однако, она не знала, Соня не могла понять, почему мужчина назвал её рождённой в крови.
Безграничные возможности хаоса понимали тёмные создания высоких рангов — так говорили люди, хотя Твайла знала, что классификации на ранги у демонов не было. Были старшие и младшие, сильнейшие и слабейшие, но каждый из них умел в той или иной мере управлять хаосом для реализации своих целей. Перевёртыши крали чужие облики и применяли их для того, чтобы выдать себя за другого, демоны вроде Ситри, Маракса, Гасион и Нуаталь проникали в разумы и манипулировали ими. На самом деле обучиться такой манипуляции мог любой демон, но на это требовались годы практики и тысячи подопытных. У Твайлы столько времени не было.
