— Спасибо, что пояснила по поводу аристократов, — Ярс зло улыбнулся. — Никогда не сомневался, что большинство из вас находится на стороне зла.
— Чем же тогда отличается Община? — сухо спросила Аврора. Ее задели слова друга, но она не хотела подавать виду.
— Среди нас не только беляки, есть и другие народности. Даже парочка разорившихся благородных…
Услышав последнюю фразу, Аврора поморщилась. Неприятно признавать, но в последние годы таких семей становится все больше. Неудивительно, что некоторые бежали ближе к поверхности, скрываюсь от позора и кредиторов.
— …Как я уже сказал, мы просто пытаемся выжить в Низине. Землячество, если не путаю ваши заумные термины, — Ярс говорил спокойно, но продолжил с плохо скрываемой яростью: — Сенат не помнит, что мы входим в состав Республики и у нас есть проблемы. Вместо помощи нас давят пошлинами, а беляков назначают крайними по любому поводу. Но ты права, Община — настоящее зло, в отличие от клубов донов и гильдий купцов.
Аврора смутилась, замахала руками.
— Прощу прощения. Я не хотела тебя обидеть. Сказала первое, что пришло в голову.
— Видать скоро я обыграю казино, а солнце погаснет, раз ты извиняешься, — буркнул Ярс.
Несколько минут они стояли в тишине, первой заговорила Аврора, тихо спросила:
— Значит Община Низины… И какова жизнь в ней?
— Бедно и голодно, но не так плохо, — подумав, сказал Ярс. — Вопреки распространенным стереотипам в Низине почти нет преступности. Специалистов-чужаков берегут, как зеницу ока, а у своих брать нечего. Конфликты случаются, но до крови редко доходит.
— Значит все стереотипы про беляков-уголовников… — Аврора не стала договаривать, сделала неопределенный жест рукой.
— Возникли не из воздуха. Это по мне видно, — вынужден был признать Ярс. — Община живет с большими трудностями. Лишь на нескольких островах есть ресурсы, что позволяют прокормиться. Остальные выживают за счет крематориев и поставок контрабандистов. Половина моих ровесников отправились на другие ярусы, чтобы не сдохнуть. Понятно, что не все могут найти работу, поэтому идут в криминал. Если бы не отчисления от ночных наблюдателей, то все бы полетело к поверхности. Большинство переселенцев сами с трудом сводят концы с концами. Везунчиков вроде меня единицы.
— И ты тоже этим занимался? — решительно спросила Ава, но тут же смутилась. — Я не осуждаю, просто…
— Но-но, я вообще-то умный, — обиделся Ярс, постучал кулаком по лбу. — Никогда ножом и кастетом не зарабатывал. Год ходил юнгой на этом чудесном шлюпе, потом два года — учеником штурмана. Там меня и заприметил наш «благодетель».
На несколько минут в разговоре воцарилась молчание.
— Итак, значит твоей Общине нужна поддержка моей семьи? Поэтому ты мне помог? — спросил Аврора, смотря на Ярса.
— И да, и нет. Ты все-таки моя подруга, поэтому я тебя спасал, но корыстный мотив у меня есть, — признался парень.
Ава хотела пошутить на тему того, что всем мужчина нужно только одно, но слишком серьезно выглядел Ярс.
— И он связан с пиратами. Я права?
— Я никогда особо этого не скрывал, — было видно, что Ярсу дались эти слова с трудом. Следующую фразу он сказал максимально сухо: — Я родом с Берста. Маленький остров, всего тысяча жителей. Жили мы за счет крематория, который перерабатывал в морию объедки. Так мы называли останки, которые считали непригодными остальные…
В приличном обществе не принято вспоминать, что топливо для летающих кораблей и хитрых механизмов синтезируют из трупов. Это считается дурным тоном. С другой стороны, если бы не мория, жители большинства островов ели бы своих мертвецов. Об этом тоже не говорят.
— … Девять лет назад пираты разорили наш остров. Утром мы жили обычной жизнью, днем нас расстреливали из пушек, а вечером… Вечером я прятался в горе трупов, пока добивали остальных. Пятеро нас было… Мама, папа, брат, сестра да я.
Лицо Ярса превратилось в каменную маску, глаза стали пустыми, а голос — едва слышным.
— Город вырезали. Из тысячи выжила дюжина. Последние десять лет пираты воюют с Низиной. Набеги случались и раньше, но такое… Нас просто вырезают под корень. Это уже не грабеж, это истребление.
— Зачем все это? Пираты… — дрогнувшим голосом спросила Аврора. Она не хотела представлять, что творится на Нижнем ярусе, от одной мысли становилось дурно.
