В поселок часто попадали незадачливые шоферы, плохо знающие дорогу. Далеко не всем повезло потом добраться до города. Многие сгинули бесследно. Причиной всего происходящего были дороги, точнее, их состояние. Колония уделяла состоянию своих дорог огромное внимание. Эти дороги не отличались от своих европейских и американских собратьев. Широкие и гладкие, без единой ямки, даже камушки на них не встречались. Покрытие дорог производилось одной гномьей фирмой по самым передовым зарубежным лицензиям с использованием резины и пластиков, на бетонированной основе. Городские гаишники несколько раз пытались установить знак "главная дорога" на выезде из поселка на восточный тракт, но странные жители Локомотивного все время крали его на металлолом. В конце концов, городское ГББД махнуло рукой на это безобразие. Городской тракт выглядел более чем убого, рядом с красивым чистым поселковым шоссе. Ничего не понимающие иногородние, всегда поворачивали в поселок. Именно так заблудился и автобус с сибирской командой студенток-гандболисток.* * *
История самого поселка начиналась в тяжелые пятидесятые. Тогда, на юго-западной оконечности города, между двумя озерами, соединенными болотистым лугом развернулось строительство новых ответвлений железнодорожной линии, связывающей запад и восток самой большой в мире страны. Вдоль новых, строящихся линий возникали депо и склады, выросла узловая станция. Началось строительство жилых домов. Улицы поселка росли вместе с ремонтными мастерскими и маленькими заводиками, которые благополучно зачахли и разорились в самом конце двадцатого века. От былого благополучия в Локомотивном остались бараки, да полуразвалившиеся двухэтажные домики. Кроме того, действующая школа, заброшенная спортшкола и детский сад, развалившаяся ветлечебница и поселковая клиника, да вытрезвитель, в котором потом открыли три магазинчика и две распивочных, и еще убогое здание поселковой администрации, в котором сломалась канализация. Главной гордостью поселка были тополя. Именно им было суждено превратить местность из топкого болотца в уютный городок между двумя озерцами. К счастью, середина семидесятых годов, отличившихся своей засухой, окончательно уничтожила это самое болото. А тополя остались. Везде, где только можно, поднимали свои корявые ветки тополиные старожилы. Скверики, скверы и лесозащитные полосы вдоль железнодорожных линий сплошь состояли из тополей. В июне поселок заново покрывался белыми сугробами.
К концу двадцатого века население Локомотивного на шестьдесят процентов состояло из пенсионеров - железнодорожников, пьяниц и бомжей, благодарно заселивших брошенные рядом с городской свалкой бараки. Сюда же стягивались со всех стран СНГ бродячие цыгане и нищие. В некоторые годы население поселка увеличивалось процентов на двадцать-тридцать, но молодежь и нормальные люди старались уехать в город любыми путями. Техническое училище, здание которого присмотрел себе институт, простояло заброшенным пятнадцать лет. Работать в нем было не кому. Двухтысячный год в поселке встретили грустно.
А через пару лет в нем появились новые жители. Возникли десятки полуподпольных фирм и фирмочек, закипело строительство. На месте полуразвалившихся заводов и складов возникали огромные полусферические купола ангаров. Чужаки быстро скупили все, что можно. Это позволило поселковой администрации отремонтировать школу и свое здание. Именно эти два учреждения, да двадцать пятиэтажек, выстроенных в конце семидесятых на отшибе поселка стали единственным звеном, связующим поселок с городом. По разбитой дороге из города шесть раз в день в поселок ходил разбитый автобус.
А потом на месте бывшего технического училища открыли институт с непонятной простому смертному аббревиатурой. Институт БЭиП, филиал АНК, Мара. Именно благодаря этому институту за четыре месяца окруженный помойками и развалинами поселок возродился из грязи и стал сердцем новой колонии. Постепенно, но как-то очень быстро в нем выросли новые улицы, со старыми названиями, новые комфортабельные дома и особняки, рестораны, магазины и клубы. Чужое больше не прятало стыдливое содержание своих карманов, наоборот. Все желающие могли приехать и посмотреть на новое чудо по новой удобной дороге. Но почему-то никто не ехал просто так. Разве что, заблудившиеся. Еще одним чудом было то, что из Локомотивного поселка очень быстро и по собственному желанию ушли нищие всех мастей, цыгане, бомжи, бродячие собаки и крысы. Надо отдать должное крысам, они ушли последними.* * *
