Слимз вслух извинился перед ними за отсутствие средств на их содержание и без колебаний пристрелил подельников, из пистолета, который ему нашел Вейг.
- Ну вот, я же сказала: зря в колонии нет погребальной конторы. - Слова адресовались наставнику.
- Лишние расходы. - Огрызнулся тот.
Над городом опускался вечер, загорались первые звезды. Лика сунула Санти монету в пятьдесят рилонов, объясняя, что мельче у нее нет. Тот обиженно отдал ее назад.
- Разменяешь, заплатишь, сейчас все равно некогда.
Присутствующие садились по машинам и разъезжались в разные стороны. Шлоз потребовал, чтобы Лика ехала с ним. Возмущаться в такой ситуации, значит сильно себе повредить, решила Мышка, глубоко вздохнула, чувствуя приближение долгого рабочего вечера и полезла в машину.
- Только не делайте мне одолжение, - ворчал наставник.
- Я все понимаю, некоторым даже сочувствую, шеф. Но поймите меня правильно, я сделаю, все, что смогу, чтобы обезопасить колонию от повторения таких инцидентов, но сейчас я жутко злорадна. Эти девушки прелесть, правда, здорово они всем наподдали!
- Если о ваших настроениях узнают отец Роне или руководство, пеняй на себя. Защищать не буду.
- Я понятливая девочка, шеф, и хочу учиться. Что не мешает мне гордиться своим народом.
- Заткнитесь, ради бога, Кер! Итак, тошно, еще вы со своей гордостью. Знаешь куда ее засунуть?!
- Догадываюсь.
Все остальное время, до корпуса, они молчали, каждый, копаясь, в собственных мыслях и эмоциях. Лику распирало от удовольствия. Шлоз злился на себя и проклинал собственную беспечность. Дернуло же его пойти на поводу у Ларрия, и фактически не заниматься безопасностью колонии и планов колонизации планеты. Теперь он понимал, что все, более чем серьезно.
Новые жители Локомотивного поселка в корне переосмысливали свое существование на этой земле. Лика ковырялась в Интернете, Шлоз был вызван на ковер к ректору, Аллан дежурил у постели отца. Джи Джи мерил шагами коридор гнезда с мрачным видом, его отец наконец немного пришел в себя, шипя по поводу сломанного запястья. Ларрий заперся у себя в кабинете с отцом Роне, Барто и Шлозом. Вик в одиночестве психовал в приемной. Ночь плавно накрыла город, скрывая следы битвы на снежном поле. Тихо приближалось тридцать первое число и Новый год. Мышка начала опасаться, что проведет его без подруг в совершенно непривычной ей официальной обстановке.
Глава 17
Новый, для всех
.
Существует ли перевоплощение? Задумывается ли об этом человек? Люди делятся на тех, стремится переделать мир под себя и других, которые хотят, но не могут, или третьих, которые могут, но не хотят. Размышление - великий процесс. Он есть отражение процесса жизни и мыслей, трансформирующихся друг в друге. Естественный разум интуитивно стремится охватить всю природу, все пространство, которое является его окружением и естественной средой обитания. Трансформация времени и истории одновременно происходит в каждом человеке и всем человечестве в целом. Идеи витают в воздухе, одни создают, другие разрушают. Что победит?
* * *
Автобус с победительницами еще не успел покинуть негостеприимный город, как в колонии начался новый отчет времени. Преподавательский состав во главе с ректором разрабатывал новый блиц план захвата земель у страны - арендодателя. Коррекции, конечно, были внесены, с полным учетом создавшегося неприятного момента, но общая схема плана осталась неизменной.
- Господа, хотим мы, или уже нет, но нам придется составить рекомендации для распределения территорий и субстратов. Такова непререкаемая воля нашего лорда владетеля. - Вещал Ларрий.
Ивон Роне задумчиво жевал кончик простого карандаша. Интересно, почему лорд Аш Рер выбрал в качестве ректора этого института, по сути филиала академии Мары именно Ларрия Гаэнтальского. То, что Аш Рер не дурак, ясно по определению, он на секунду сбился с мысли. Господи, помоги мне, грешному, я начинаю мыслить как обыватель этого мира. Но почему Ларрий, неужели не было в академии Мары никого достойнее? Он не ученый, не идеолог, не аристократ, даже не валл. Самый обычный эльф, возможно очень представительного вида. Не богат, не беден, не влиятелен, не пронырлив. И, изворотливым его не назовешь, при всем желании. Больше всего ректор напоминал отцу Роне бронзовый памятник самому себе. Великому и прекрасному. Как ему вообще удалось попасть на столь ответственный пост. Чего я не могу понять в мотивах, которыми руководствовался владетель Мары. Почему, именно Ларрий? Кроме представительности и умения интуитивно кивать в такт начальнику, в нем ничего нет. Пустышка. Конечно, он красив, как всякий уважающий себя эльф, бесспорно, достаточно умен, опытен в хитросплетениях интриг, но это все! Что может предпринять солидный середнячек в этой кризисной ситуации? Он, сам должен принять решение, найти выход. Что ждет колонию, что ожидает всех их в дальнейшем. Ивону стало щемящее неприятно. Ох, вроде сердце сдавило. Он прижал руку к боку.
