Бывала она и в винных подвалах, где тянулись бесконечные ряды темных, запыленных бутылей, а у стен лежали огромные деревянные бочки. Могла часами путешествовать по обширнейшим складам, составлявшим целый городской квартал. Сюда со всей страны свозились предметы, что принимались в качестве налогов: из Хадары - ткани и кожи; из Ферута - дерево и мебель; медь и серебро, стекло и стеклянные изделия - из Дафара... В другом квартале, примыкавшем к замку, в светлых высоких домах дни напролет трудились ткачихи, портные и вышивальщицы. Они работали на царскую семью, но большая часть их продукции шла на продажу, в том числе и в другие страны. Кузнецы, оружейники, ювелиры, ткачи создавали вещи непосредственно для царя; но поскольку сам он никак не мог потребить такое их количество, то они продавались с клеймом царского дома Киары, что означало высшую степень качества.
Вместе с тем такое мелкое кустарное производство было не более чем отмирающей традицией. Ремесленники Ианты давно уже создали крупные объединения, в которых труд и сама жизнь шли по раз и навсегда определенным законам. На юге страны, в провинциях Ферут и Дафар, существовали заводы, выпускающие металлы, оружие, стекло, краски, бумагу, а в Хадаре - большие текстильные фабрики. Медные и серебряные рудники, каменноугольные шахты работали в промышленных масштабах. Горы, называемые в Ианте Шедизскими, а в Шедизе Иантийскими, предоставляли людям Матагальпы все основные металлы. Так, если серебро и медь достались Ианте, то железо добывали в Шедизе, а по месту расположения золотых копей проходила граница трех государств: Шедиза, Ианты и Матакруса. Собственно, все войны на протяжении последней тысячи лет сводились именно к определению владельца рудников. Но поскольку месторождения различных металлов находились в сотнях тсанов друг от друга, постольку правителям пришлось в конце концов прийти к соглашению. Золото досталось по преимуществу крусам; однако без железа золото трудно сохранить, а практически все места его добычи оказались на территории Шедиза. Ианта владела медными рудниками, где добывали также и серебро. Сорок лет назад были заключены священные договоры, окончательно определившие рубежи трех стран и систему взаимных расчетов. Они неукоснительно соблюдались всеми правителями, и ни разу за эти годы ни одна сторона не предъявила другой претензий.
Это объясняло и антипатию иантийцев к жителям северо-запада. Жаркое солнце горячило кровь, агрессия требовала выхода. Ссориться с сильными соседями нельзя; религиозных распрей эти люди не знали в принципе; и воинственность нашла естественный выход в ненависти к единственному противнику, с которым можно было сражаться. Можно - значит, нужно. И вот тысячи иантийцев посвящали свою жизнь военной службе, считая высшим счастьем в жизни оказаться на несколько месяцев на западной границе и вступить в бой с дикарями. Кроме того, все мужчины, от крестьян и рабочих до богатейших коммерсантов, врачей и юристов, в юности проводили два года в военных лагерях, где получали боевые навыки. Если учесть при этом, что и во всех без исключения школах мальчики ежедневно состязались друг с другом на спортивных площадках, вывод напрашивался однозначный: Ианта была страной военных. Здесь не существовало дворянства в его европейском варианте, со множеством титулов и привилегий. Крупнейшие наследные землевладельцы командовали собственными полками и считали величайшей честью, что подчиняются одному лишь царю. А любой выходец из народа мог добиться почестей и богатства, удачно проявив себя на поле брани. Достойнейших солдат правитель награждал пастбищами, виноградниками и плантациями тутовых и оливковых деревьев. Если их сыновья тоже рекомендовали себя отличными воинами, земли переходили к ним; если они предпочитали связать свою жизнь с торговлей или чем-то иным, имение возвращалось в царский фонд.
В последние годы, в связи с развитием промышленности, в обществе Ианты рождалась новая формация - владельцы крупных предприятий, производящих сталь, чугун, стекло, кожи, шелковые, льняные и шерстяные ткани, бумагу... Некогда правители позволили своим воинам, купцам и рассам начать новое дело, сулящее немалую выгоду. Теперь дети и внуки этих новаторов богатели на глазах. Они платили немалые налоги деньгами и продукцией. Государство обеспечивало армию оружием, изготовленным из их металла, и мундирами, сшитыми из их кож. Остаток продукции они продавали, оживленно торгуя на внутреннем и внешнем рынках, развивая банковскую систему и выпуская акции новых предприятий.
