Мысль Шахинова ясна. Если бы Самедова была случайной прохожей, то требование преступника: “Деньги давай…” — не имело бы значения, но она вышла из магазина, где работает, и это обстоятельство существенно меняет дело. Преступник мог знать о каких-то конкретных деньгах, о которых пока не знаем мы, а это означало бы, что выбор его не случаен, что объект нападения определен заранее. А раз так, то и нам будет легче искать его.
— Завтра допрошу директора гастронома о порядке инкассации выручки, — быстро отреагировал Зонин.
Снова щелчок магнитофона.
“Хабибов Измук, дружинник. Работаю на химкомбинате оператором по учету, Мы с Кямилем Алиевым начали патрулирование в двадцать часов. В десятом часу Кямиль предложил пройти по Морской, чтобы коротким путем выйти к Дому культуры; там в половине десятого кончается киносеанс. Не доходя немного до магазина, мы заметили мужчину и женщину. Я подумал, что просто парочка, а Кямиль, видно, сразу догадался, в чем дело, и бросился к ним. Мужчина побежал через проезжую часть к дому напротив, Кямиль за ним. В тот момент, когда я поравнялся с женщиной и она сказала: “Бандит, грабил меня…” — я увидел, что мужчина вдруг повернул навстречу Кямилю и Кямиль упал. Это произошло так неожиданно, что я даже не видел удара. Только слышал, как женщина закричала: “Убили, убили!” После этого преступник скрылся за углом дома, и я понял, что не сумею его догнать…”
— Струсил, — резко вставил Рат.
“Кямиль был как мертвый, голова в крови. Я из автомата позвонил дежурному, а потом, когда мы с женщиной поняли, что Кямиль жив, — в “скорую помощь”. Женщина мне объяснила, что является заведующей магазином, напавшего на нее мужчину не знает”.
Голос Сардарова:
“Опишите внешность преступника”.
“На улице темно, все произошло очень быстро. Мне запомнилось, что он высокого роста…”
“Как был одет?”
“Да, на нем не было пальто. Какой-то короткий плащ или, может быть, куртка… На голове широкое кепи”.
“Вы сумели бы узнать его при встрече?”
“Сейчас мне трудно сказать. Может быть, узнаю… по внешнему виду…”
— Я подробно зафиксировал показания Хабибова в части объяснений, данных ему Самедовой. Существенных расхождений нет, — сообщил Зонин. — С протоколом осмотра товарищи уже знакомы, но я тут схему набросал, для наглядности…
Мы сгрудились вокруг стола, рассматривая исчерченный разноцветными карандашами лист бумаги.
— Вот Морская, — пояснял Зонин. — Один фонарь горел в самом начале улицы, а здесь — освещенный магазинчик. До магазина идет забор стройки, у края тротуара — большое дерево. Здесь между деревом и забором преступник остановил женщину — это в десяти метрах от магазина. Как видите, выбор места нападения не случаен: с одной стороны — глухой деревянный забор, а проезжую часть закрывает дерево. Дружинники появились отсюда, а эта стрелка указывает направление, по которому первоначально побежал преступник.
Синяя стрелка затем поворачивала назад, утыкаясь в преследовавшую — красную. В точке соприкосновения синей и красной стрелок — черный крестик, обозначавший место падения Кямиля, почти на середине проезжей части улицы. Потом острие синей стрелки вновь устремлялось в противоположном направлении и скрывалось за углом заштрихованного прямоугольника.
— В этом двухэтажном доме несколько бытовых учреждений: прачечная, химчистка, ремонтное ателье. В двадцать часов все закрывается, дом вымирает. Это опять-таки подтверждение моей версии об обдуманности нападения, — продолжает Зонин.
Я с ним не сталкивался раньше, знал только в лицо. Ему не меньше сорока, но он из “породы мальчишек”: светловолосый, ясноглазый и без единой морщинки; такие стареют сразу, но уже после шестидесяти. Судя по всему, он действительно опытный следователь, однако “моя версия” неприятно резанула слух. Тем более после невыясненной детали с деньгами. Хороша версия, по которой обдуманно и заранее готовятся напасть на случайного прохожего.
— Значит, он скрылся за торцовой стороной дома, а что там, дальше?
— Дальше жилая пятиэтажка. Впритык, — отвечает Кунгарову Сардаров.
А ведь Рат, я знаю, уже побывал там сегодня. Значит, ему тоже не понравилась зонинская самоуверенность, и он задал свой вопрос потому, что на схеме на месте пятиэтажки — пустое место.
Зонин морщится:
— Моя схема — не план города.
— По-моему, это важно, — вмешался Шахинов. — Не возражаете?
Он забирает схему и аккуратно дочерчивает недостающее здание.
В других обстоятельствах Рат обязательно шепнул бы мне что-нибудь вроде: “Дорвался…” — шахиновское пристрастие к схемам, графикам и вообще чертежам общеизвестно, но сейчас не до шуток.
— В этом доме можно найти людей, видевших бежавшего преступника, как вы думаете? — И, не дожидаясь зонинского ответа, Сардарову: — Надо было обойти жильцов тут же.
И неподчиненный Шахинову Зонин и подчиненный Сардаров — оба промолчали. Да и что тут возразишь?
— Будем разбираться дальше, — сказал Шахинов. — Пожалуйста, товарищ Зонин…
Зеленой стрелкой был обозначен путь Самедовой до встречи с преступником, а затем к упавшему Кямилю. Оранжевая — отражала движение Хабибова.
