— Даю тебе пятнадцать минут. Заодно проверь и у меня с внуком. Пока.
Я открыл было рот, чтобы задать бабусе вопрос, но она успела вызвать кого-то еще.
— Люций, ты уже спишь? Поднимайся. Всю информацию об Изумрудной немедленно ко мне на стол. И быстренько отыщи кого-нибудь из Космостроя. Даю тебе полчаса сроку.
Секундой позже бабушка разговаривала уже с кем-то другим.
— Здравствуй, Генрих, — сказала она. — Мне срочно нужна Окати-сан, победительница последнего Спора монтажников, и вся финальная десятка. Достань их мне хоть из-под земли. Через час доложишь об исполнении.
Она повернулась ко мне.
— Шел бы ты спать, Аника-воии. Завтра у тебя будет хлопот полон рот. Да и у меня тоже — по твоей милости. Дай-ка я тебя поцелую.
— Бабуся, ты кто? — спросил я недоуменно, подставляя ей лоб. — Я всегда думал, что ты кулинарка…
— Кто, кто… Дед Пихто, вот кто, — проворчала она, подталкивая меня к дверям. — Бабушка я тебе. И мне очень хочется, чтобы ты вернулся живой с этой самой Изумрудной. Иди, иди, не упирайся. Бабушек надо слушаться — они плохого не посоветуют. А ну марш в кровать, профессор кислых щей, магистр лошадиных наук! И чтобы немедленно спал!
Но в эту ночь я долго не мог уснуть.
