Заключительный рассказ о планете роботов. Оставшись один на один с трагическими обстоятельствами, Франк вынужден принимать непростые для себя решения. В это время окружающий мир трещит по швам и рассыпается на куски.
Привет! Меня зовут Франк Фарми. Мне тридцать семь, я уроженец Венеры, штурман-логист по профессии, женат на бывшей тамошней путане по имени Ингрид. Она дожидается меня в колонии-поселении на Ганимеде с маленькой дочкой, которую воочию мне пока не довелось видеть. Сюзанна, так мы назвали малышку, родилась два года назад, через пять месяцев после начала моего очередного космического райда.
Зачем я это все рассказываю? Ну, надо как-то начать. Это самое трудное, верно? Для меня особенно: я ни разу не писатель, не профи и не гуру. И даже не читатель. Последняя книга, которую я держал в руках, называлась “Руководство по эксплуатации индивидуальной глиссирующей капсулы ИГК12ш/2”. Не получалось из коробки настроить магнитный левитатор, пришлось перелистнуть десяток страниц с пошаговой инструкцией.
Вторая причина начать с краткой автобиографии в том, что авантюра, затянувшая меня по самые уши, давно идет не по плану. Прямо сейчас меня со связанными руками тащат по узкому темному коридору двое боевых андроидов. И эта история имеет высокую вероятность оказаться очень короткой, а перспектива вечного забвения совсем не вдохновляет.
Да, я начал писать, чтобы оставить след после себя в этом мире. Плюс утомительные суточные вахты и долгие межпланетные перелеты – скукотище, возникает потребность убивать время. Достаешь коммуникатор и печатаешь или надиктовываешь – красота. Получившийся текст можно прогнать через нейронный процессор – ржака.
Хочу сразу сказать, что у меня никогда не было кота. Их нужно кормить и развлекать. Живя на Венере я редко бывал в своей подземной квартирке, проводил время на орбитальной станции. На Ганимеде очень холодно, и не принято держать котов. Брать же с собой питомца в космос та еще морока. Любовницы в этом плане выгодно отличаются от котов. Могут самостоятельно налить молоко в чашку и сходить налево, если станет совсем одиноко. Несмотря на остальные их недостатки (и достоинства усатых), я предпочитал любовниц, разумеется, пока был холост.
Короче, в этой истории нет кота. И будет мало дверей. В наше время дверь на петлях – нонсенс и архаика. Нынче они, преимущественно, сдвижные, кассетные, каскадные, люки и блокирующие перегородки, открываются и закрываются автоматически, никто не грузится на их счет.
В отсутствии кота и недостатка дверей приходится прибегать к иной аналогии, объясняющей суть. Я всегда был технократом и интересовался глиссирующим транспортом. Магнитные движки, воздушно-поточные, антигравитационные, даже на магических кристаллах – вот моя настоящая страсть. Поэтому и выбрал такое мотто – найти хороший левитатор, легко настраиваемый под заданную силу тяжести, способный подняться над землей не слишком высоко и не чересчур низко, стабильно держаться поверхности, имея возможность разогнаться настолько быстро, чтобы успеть…
***
Меня со связанными пластиковой лентой руками бесцеремонно впихнули в просторное помещение, уронив на колени. Двое андроидов, которые приволокли меня сюда, тут же вышли, затворив металлическую дверь. Скрипучий артефакт оказался настолько неожиданным и удивительным, что я украдкой взглянул на массивные петли, забыв на миг о своем незавидном положении.
Зал был узким и длинным, пахло плесенью и сыростью. Расположенная справа на высокой ржавой стене фрамуга едва наполняла пространство желтым дымчатым светом. В другом конце помещения на возвышении стояло массивное кожаное кресло, напоминавшее трон. В нем восседал король, один из десяти роботов, правящих миром Зависимых.
Минбарцы явно намудрили с техпроцессом при изготовлении этого андроида. Он имел такой большой живот, что просторная черная мешковина, покрывавшая корпус и манипуляторы, не могла спрятать его тучность. Однако голова робота удалась на славу. Выполненная в форме шлема, похожего на перевернутое ведро, со сплошным забралом она была увенчана парой массивных рогов на манер бычьих.
Король с минуту издали сверлил меня парой светящихся красных глаз. Потом встал с трона, неуклюже спустился с постамента, цокая металлическими подошвами ботинок по каменному полу, сделал несколько шагов в мою сторону и замер в центре зала.
На этой планете я столько раз находился в шаге от гибели, что сбился со счета. Чувство страха давно притупилось: ожидание тяготило сильнее, чем сама мысль о смерти. Я желал лишь, чтобы неизбежное закончилось быстрее.
Железяки схватили меня на подступах к роботостроительному заводу несколько часов назад и, заперев в трюме транспортного бота, доставили в логово королей. Испытывая удовлетворение от того, как прикрыл Алекса, направив роботов по ложному следу, мне показалось нелишним продемонстрировать и твердость моего характера. Помятый, весь в синяках и ссадинах я нашел силы поднять голову и рассмеяться.
