– Смотрю, золотом вы тоже богаты. – Приподнял бровь.
– Да, его у нас так много, что этот жёлтый металл за великий материальный ресурс я не считаю. Вот наш жемчуг это действительно богатство и гордость.
– И вы им точно поделитесь с работниками из скорпионов? – в голосе Корада сквозило явное недоверие, что не укрылось от бармида. Он внимательно посмотрел на шерхостня, а в голове пронеслось: «Интересно, его начитанность даёт и сильный интеллект? Надо бы как–то приглушить его бдительность. Всё–таки этот шерхостень силён и может сильно нам помешать захватить власть над всей пустыней и этими чёрными ползающими тварями».
– Конечно, если заслужат.
Корад кивнул.
– Идём. – Вошёл в пещеру и, держа Ширин за руку, съехал по крутому спуску. Бармиды за ними. Внутри было темно и сыро. А тихо так, что они слышали эхо от своих шагов.
– Здесь всегда так?
– Как?
– Мрачно.
– А на ваших туманных озёрах разве не так?
Бармид напрягся.
– Откуда ты знаешь о нашем тумане?
Пауза.
– Моя наложница читала о вашем мире в древней рукописи.
– Ничего себе. Женщина, умеющая читать это редкость. Наши бармидки тупы, как камни, вокруг озёр.
– Наши шерхостки тоже. А эта наложница из волчиц. Я тоже впервые встретил умную женщину.
Девушка молча шла рядом.
– Она ещё и думать умеет?
Этот ехидный вопрос бармида всё же заставил её открыть рот.
– Да, и выводы делать. – Огрызнулась, за что сразу получила боль в кисти, которую сильно сжал Корад. – Ай. Больно!
– Мои наложницы не вмешиваются в разговоры мужчин.
– То есть мы должны молчать, когда нас оскорбляют? – Возмутилась Ширин.
– Да. Вы ничем не отличаетесь от нашего меча.
– Это… унизительно.
– Если ты сейчас не закроешь рот, возьму тебя прямо здесь при свидетелях, чтобы полностью поняла кто ты и где твоё место.
Девушка возмущённо поджала губы. Корад рассмеялся. Бармиды тоже улыбнулись.
– Смотрю, вы хорошо видите в темноте?
– Да, а вы?
– Мы тоже. Наши глаза могут видеть и в темноте и при солнечном свете одинаково.
Они подошли к нужному месту, и вокруг мгновенно всё заволокло туманом, заискрилось, завертелось, даже какие–то щелчки появились. Миг… и вся четвёрка растворилась в пространстве. Бармидам показалось, что они в туннеле, который затягивает в липкую массу, и выхода из неё нет, однако уже через минуту, открыли глаза и вдохнули совсем другой воздух.
– Мы переместились? Запахло как то по–другому.
Шерхостень и волчица с рождения на этом острове уже так принюхались, что и не знали о сильном морском аромате с терпким запахом водорослей.
– В смысле? – Корад не понял фразы бармида.
– Да пахнет сильно здесь. Не неприятно, просто не обычно.
– Не знаю. Вот выйдем на поверхность и поймём где мы. – Шерхостень пошёл к такому же крутому подъему, как и был спуск в мире скорпионов. Взял на руки девушку, обратился и вылетел. Бармиды также обратились и полетели за ним. Наверху их встретил сочно–зелёный лес. Деревья росли густо разных пород: и ровные, и ветвистые, как костёр, сразу от корней, и такие что вились корнями на несколько метров в разные стороны как звёзды. Кусты тоже могли похвастать некой оригинальностью. Некоторые пестрели цветами, другие – алыми и оранжевыми ягодами, третьи – обладали такой густотой, что казались шапками.
– Приветствую в нашем мире! – с гордостью произнёс Корад.
– Красиво здесь. У нас тоже есть зелень вокруг озёр, но не так много как тут. Однако тут не жарко как–то. – Бармид поёжился.
Шерхостень рассмеялся.
– Да, у нас не всегда жарко как в мире скорпионов.
Марид нахмурился.
– Это не только их мир, но и наш.
Корад бросил на него настороженный взгляд. Другой же бармид всё время молчал.
– Да, прости, забыл, и ваш. А твой подручный что немой?
– Нет, просто у нас не положено раскрывать рта за ненадобностью в присутствии повелителя.
– Ясно, кажется мне, ты держишь всех своих в ежовых рукавицах.
– Есть такое. Я – повелитель и родился таким. Все бармиды знают, что обязаны преклоняться мне, иначе их ждёт смерть.
– Грозное заявление. И кто их убивает за неповиновение? Ты?
– Нет. – Замолчал на минуту. – Озёра.
– Озёра?! Они что живые?
– Не знаю, но так было всегда. Наши озёра имеют невидимую силу.
– А кто твои родители?
– Их не было.
– То есть?
– Я рождён самым большим озером. После появились другие бармиды из малых озёр окружающих главное. Просто вышли из них и всё. Также как и я. И мне сразу все поклонились. Больше из того озёра не появился ни один бармид. Оно считается у нас священным.
– Интересная история вашего появления. А бармидки как появились?
– Из самого малого озера. После мы заметили, что оно исключительно женское. Нас появилась сотня и несколько десятков женщин, а больше никто не вышел из озёр. Мы сразу родились такими. Прошло сто лет, и никто из нас не изменился.
Они прошли изрядное расстояние меж густых деревьев и кустов. Шерхостень шёл впереди.
– Там справа клан лис Тиграна.
– Это кто?
