На траве лежал Кирилл, а девушка держала его голову, гладила его по волосам и плакала. Сердце Марины сжалось. Во рту сразу сделалось сухо. Она хотела вздохнуть, но ком в горле не позволил ей этого, от чего она даже не смогла закричать.
Кровь текла из ушей ее любимого, у него был разрезан лоб, из раны на нем сочилась красная жидкость. Марина упала на колени рядом с Кириллом и незнакомой девушкой. Ее глаза наполнились солеными слезами, она взвыла, будто дикий зверь, попавший в капкан. Из ее серых глаз покатились слезы. Марина почувствовала, как ее сердце разрывается на частицы.
Незнакомка даже не замечала ее и прижала голову Кирилла к своей груди, продолжала рыдать и поглаживать его лицо, волосы, вымазывая свои руки в кровь парня. Марина попыталась провести рукой по лицу Кирилла, но ее рука прошла сквозь его тело.
— Нет, Нет, — сквозь льющиеся ручьем слезы шептала она и зажмурила глаза.
Открыв их через пару секунд, она не увидела ни любимого ей человека, ни незнакомую девушку, ни, даже, синего поля травы. Она находилась в освещенной комнате, лежа на мягком матрасе и прикрыта легкой светлой тканью.
— Сон… Это был только сон… Слава Богу, сон — зашептала она, рассматривая комнату и приходя в себя — Сон… Сон… Или его будущее? — и черный, как смола озноб пробил ее до мозга костей.
Такого я не видел никогда в жизни. Жители налетели на моего оппонента всем этим роем. Поларис размахивал мечом вокруг себя и отгонял их будто мух газетой. Другая его рука превратилась в когтистую, покрытую черной шерстью, лапу зверя, когти которой, попадая по жителям, будто лезвиями, разрезали их на куски. Но жителей было очень много и Поларис, просто не успевал отбиваться от них. Странно, но жители даже не приблизились ко мне. Они будто не замечали меня и сконцентрировали все свое агрессивное внимание на слуге Нубара.
В моем сердце колотились противоречивые чувства. Да, я всей своей душой ненавидел Полариса, ведь он отобрал все самое ценное у меня, но мой мозг думал совершенно о противоположном чувстве, может именно об этом выборе предупреждала меня Джейн, не знаю. Я вспомнил историю Поло, которую прочел в Фолианте и нашел в ней некое сходство с собой. Поларис — такая же пешка, как и я. Он повинуется, он — слуга. Также, понятия не имею почему, но я вспомнил историю, которая произошла со мной, во времена, когда я был еще школьником.
Был у меня закадычный товарищ, с которым, по правде говоря, у меня изначально были очень противоречивые отношения. Звали его Алексеем. Мы не переносили друг друга. Причины нашей вражды просто не было, было просто природное взаимное отвращение, природное желание насолить друг другу. Эти контры продолжались у нас с первого класса. С первой нашей встречи, и практически до окончания школы. Но ключевое слово во всей этой саге «практически». Возвращаясь один раз из школы, я увидел моего «товарища», окруженного четырьмя парнями старше его и меня лет на пять. Уже толком не помню, суть конфликта Леши и парней. Да и отношения к делу этот конфликт совершенно не имеет, но у меня тогда, в точности, как и сейчас, забурлили противоречивые чувства. С одной стороны, я был бы просто счастлив, наблюдать, как Леша получал нагоняй от старшего поколения, с другой же — неравенство, их было больше, и как я уже говорил, они были старше. Может именно по этому, я и вступился за него. Ничем хорошим это, естественно, не закончилось. Из всей этой переделки мы вышли с синяками под глазами и с разбитыми носами. Но, именно, после этого случая наша вражда прекратилась. Мы даже остаток своей учебной карьеры просидели за одной партой, и как оказалось, у нас было очень много общего с ним.
Теперь я чувствовал, именно, тоже чувство, что и тогда — много лет назад. И также как и тогда, я все же решил вмешаться в этот неровный замес.
Поларис продолжал отбивать атаки жителей, я же стал выпускать в них огненные шары. Заметив все-таки мою агрессию, часть жителей ринулась вниз на меня, я лишь успел окружить себя защитным куполом в момент, когда несколько жителей уже почти вплотную подлетели ко мне. Появившийся купол просто разрезал их тела и их остатки упали к моим ногам. Земля была уже усеяна телами мертвых призраков, а они все наступали и наступали, не давая нам с Поларисом и секунды передышки.
— Поло, выйди в реальность, нам не справиться с ними, — закричал я своему врагу.
Услышав свое настоящее имя, которое уже несколько веков никто не произносил, он опустил глаза вниз к земле.
— Я не могу, я очень слаб, и это единственный мой шанс воссоединиться с моей семьей, — он нанес еще один удар когтистой лапой и два жителя замертво упали к его ногам.
— Страж, — продолжил он, — Почему ты мне помогаешь? Спасайся, спаси своих друзей и любимую.
— Я не могу тебя бросить, ты такая же, как и я — пешка в этой игре, нами манипулируют.
— Мной да, а тобой нет, у тебя, Страж, есть выбор, а у меня только приказы.
— Но, есть же способ сопротивляться ему, — пытался я направить моего врага на истинный путь, попутно выпуская смертоносные шары в жителей.
