Утром первого августа обнаружилась неожиданная пропажа – как сквозь землю провалились кошки.И эта ужасная катастрофа обошла бы Григория стороной, если бы не Тиша, кот его приятельницы Тани, что тоже исчез прошлой ночью.Какая из догадок подтвердится? И… вернутся ли кошки обратно?..
Это был мир, в котором исчезли кошки.
И коты. Домашние – и дикие.
Таинственная пропажа произошла в ночь с тридцать первого июля на первое августа. Первое августа всего лишь близилось к полудню, но многие уже успели оценить масштаб бедствия, внезапно сразившего планету. Все остальные глобальные проблемы отошли на задний план, так что телевизор с самого утра нагнетал ужас, когда рассказывал, к каким последствиям привело кошачье отсутствие.
Так, в Африке сошли с ума антилопы. Почуяв свободу от диких хищников, они обглодали всю листву с кустов, которые лежали в зоне досягаемости. И теперь принялись за траву. Повылезали из нор мыши, с радостным писком принялись исследовать, что же такого интересного спрятано в коробках и мешках. Собаки начали лаять друг на друга, но делали это неохотно, даже тоскливо.
Возле каждого подъезда алели объявления о пропаже с кличками и фотографиями, будто кто-то вдруг решил устроить кошачью выставку.
На улицу, как разноцветные бусины, выкатились женщины в возрасте от двадцати лет и до ста. Каждая обязательно шуршала пакетиком с кошачьим кормом. Повезло, что многие из этих дам были или в отпуске, или на пенсии, а иначе всемирной экономике пришел бы конец.
Последние дни выдались жаркими, по-настоящему летними, окна у всех были открыты нараспашку, и по ночам тоже. Так что, если бы кошки захотели уйти, они бы не испытали никаких трудностей.
И все-таки – с чего бы им уходить? И почему они ничего не оставили после себя? Хотя бы кратенькой записки, начерченной задней лапкой – «Вернемся к вечеру, ваши коты и кошки, с любовью».
Впрочем, катастрофа эта постигла многих, но не всех.
В семье Григория никогда не имелось кота, так что и искать сейчас было некого. Пару лет назад они с семьей переехали в новый дом – мыши в нем еще не завелись. А антилопы с их пропитанием… Ну, Григорий все равно не бросится на защиту кустов, слишком далеко придется бежать.
– Мам, там коты пропали, – поделился он на всякий случай, как только услышал эту новость. Мама сидела за компьютером (работала удаленно), и ей уж точно не было дела до каких-то там пропаж:
– Угу.
– Как думаешь, вернутся?
Мама наконец посмотрела в сторону Григория – круглые глаза за толстыми линзами очков. Пожала плечами и посоветовала:
– Лучше сходи погуляй.
В этом новом доме мало кто имел котов. Поэтому во дворе Григорий не разглядел ни одного пакетика с кошачьим кормом. Зато рядом был лес – просторное пространство для выгула собак, так что виднелись повсюду – и большие, и маленькие, в большинстве своем породистые. Григорий несколько минут вслушивался, но так и не различил, чтобы кто-то на кого-то лаял.
Он пошёл дальше, в старые дворы. Там, по крайней мере, парковки для автомобилей не превышают детскую площадку своими размерами раз в десять – есть, где разгуляться. Объявлений о пропажах было не так много, и все-таки они были. Что за катаклизмы такие?
Стоило пройтись чуть дальше, как Григорий заметил знакомое лицо. И необычайно обрадовался.
Это была девчонка, с которой они ходили в одну группу детского сада, хотя она и родилась почти на год позже Григория – в январе (а Григорий праздновал день рождения в середине февраля).
– Таня!
На ней был сарафан в бело-зеленую клетку, слишком строгий для простой летней прогулки. Челка прикреплена к волосам заколками – спелыми вишнями – и даже не колышется, держится, как намертво вбитый гвоздь.
Таня была умной. Она знала очень много, потому что интересовалась всем на свете. А если вдруг выяснялось, что Таня чего-то не знает, она со всей честностью в этом признавалась. Это отличало ее от Вари, с которой Григорий однажды тоже имел честь (или несчастье) познакомиться, но уже в школе.
Варя могла ответить на любой вопрос, ограничения ставила лишь фантазия спрашивающего. У Вари были ответы на те вопросы, над разгадкой которых веками билась наука. И на те, для которых попросту не существует единственного верного мнения, потому что спрашивают они о сказках и домыслах. Однако отвечала Варя с таким уверенным видом, что у людей, плохо с ней знакомых, сомнений даже не возникало, что Варя права.
– Как поживаешь? – спросил Григорий, когда подошел. Таня стояла на месте в терпеливом ожидании.
И еще у неё вечно грустные глаза. Большие и серые, как лужи в сентябре.
– Слышал про котов?
Их вопросы скрестились, как сверкающие лезвия мечей. В этой дуэли одержала победу Таня – нельзя было просто смотреть на нее и молчать. Вдруг загипнотизирует.
– Слышал, – ответил Григорий.
– Не знаешь, есть ли какие-то новости?
Он дернул плечами, как будто пытался что-то стряхнуть. Поднял голову и ответил с высоты дополнительно прожитого года:
– Мне, если честно, все равно.
Танины глаза стали еще больше и еще печальнее. Она вздохнула и отвела взгляд в сторону выстроившихся в ряд многоэтажек:
– А у нас тоже пропал кот.
