«Как ты Новый год встретишь, так и проведёшь», – сказала себе Ингрид, оказавшись в комнате общежития после перехода. Посидев недолго наедине со своими мыслями, она отправилась в общие комнаты, чтобы выпить с друзьями чаю перед сном. На часах была половина десятого, но в гостиной царило оживление. Курсисты сидели в домашних одеждах, в камине трещал огонь, и всё было таким уютным и домашним.
Ингрид нашла Нафана, сидящего с книгой в мягком кресле. Она села рядом на пуфик, и он отложил чтение.
– Ты уже вернулась?
– Да, – мрачно ответила она.
– Ты неожиданно быстро… Решила не оставаться? – шёпотом спросил он.
– Нет, – тоже шёпотом сказала она, – там такое… Ну, в одном предложении и не передашь…
– Ты с мамой поссорилась, что ли?
– Э.. – Ингрид не знала, как Нафан прочитал её мысли. – Не совсем, хотя что-то похожее.
– И ты теперь осталась без семейного праздника.
– Ну да… – Ингрид высоко подняла брови.
– Сейчас исправим. – Нафан резко встал, выпрямился, сложил руки рупором и громко обратился ко всем присутствующим: – Господа, будьте так добры, минуточку внимания!
Все сидящие в гостиной обернулись.
– Господа, как вам известно, с нами учится Ингрид, которая пришла с земли!
В ответ раздался тихий гомон. Девочка уже потянула Нафана за рукав, чтобы остановить, но он продолжил:
– На земле в эту ночь празднуют Новый год, это такой же праздник, как у нас в конце марта! Но Ингрид затосковала по некоторым земным обычаям, поэтому, дорогие курсисты, давайте сделаем маленький праздник! Ради Ингрид! Накроем стол, приносите свои запасы!
– Нафан, всем вставать в шесть утра! – послышался голос Лавры.
– Разве час-другой маленького праздника – это слишком большая цена утешения девочки с земли?
Нафан встал с места и пошёл к лестнице в комнаты. На вопросительный взгляд присутствующих он сказал:
– Я за пахлавой и скрипкой.
Уже через четверть часа маленькие столы в гостиной были сдвинуты к очагу, чайники поставлены на угли, появились подносы с угощениями (некоторые были запасливо завёрнуты с обеда и ужина в вощёную бумагу). Были пироги, сладости, кто-то даже принёс из личных запасов баночки с солениями, орешками и другими лакомствами, присланными родителями к Рождеству. Присоединились Хельга, Артемида, Улав и Эдвард, пришёл и Никифорос, были Сага, Сигг, Гелла, Сольвей и Эрин, и многие другие, с кем Ингрид познакомилась. На гул вечеринки спустились и другие курсисты: им захотелось узнать, что такое «Новый год по-земному». Кроме еды с собой несли музыкальные инструменты: здесь вообще не понимали, как можно праздновать без живой музыки. Ингрид смутилась до предела. Хотя она и была компанейским человеком, ей казалось, что вот-вот праздник рухнет и все останутся недовольными.
– Ингрид, а как вы празднуете Новый год? – громко спросил её Нафан, усадив на самое большое кресло.
– Э-э-э… Обычно стол накрывают к одиннадцати часам ночи. Без пяти минут полночь мы по телевизору смотрим новогоднее обращение президента… Бориса Ельцина…
– И что он обычно говорит? – спросила Сага.
– «Ну, понима-а-аешь… – молниеносно спародировала президента Ингрид. – Дорогие россияне!» А дальше – какой был у нас год, чего достигла страна, какие у нас удачи или неудачи…
– Ну, тогда-а-а… – Нафан быстро подхватил тон пародии. – …сегодня вместо телевизора скажу я!
Он сделал жест рукой, ему подыгрывающе захлопали, как в театре. Нафан встал, подняв кружку с чаем на манер бокала с вином.
– Дорогие ликеяне и академисты!
Пировальщики прыснули со смеху, Нафан продолжал:
– Этот год ещё не то чтобы закончился, но у нас уже много достижений! Мы почти закрыли тёмную половину года!
– Да!.. – раздался ответ из-за стола.
– К нам попал человек с земли, вы уже знакомы с Ингрид! – продолжал Нафан.
– Точно! – курсисты одобрительно кивали головами.
– В этом году был первый прорыв за последние несколько лет!
– Мог бы и не вспоминать, – ответила Сага.
– У кого-то родились младшие братья, сёстры и племянники, а у кого-то старшие сочетались браком! Верно ли это?
– Именно так! – ответили присутствующие.
– Давайте же проводим земной старый год по-земному! Ингрид, что вы обычно делаете?
– Э-э-э, взрослые наливают шампанское в бокалы и чокаются, – ответила она.
– Шампанское? Это что? – спросил кто-то из-за стола.
– Это такое вино… с пузыриками.
– А, ну у нас тут только облепиховый морс или чай – господа, разольём же их! Что можно пожелать на следующий год, Ингрид? – спросил Нафан.
Ингрид была совсем смущена, но кое-как ради праздника сказала:
– Обычно все желают здоровья и загадывают желание. Надо успеть загадать желание, пока часы двенадцать раз бьют ровно в полночь…
– Тогда нам надо торопиться! – оживилась Хельга и указала на часы: до полуночи оставалось две минуты.
Морс и чай разлили в мгновение ока. Кто-то из старших достал свой инструмент – маленький медный чашевидный колокол – и и начал отсчитывать удары:
– Один! – хором заголосили все. – Два! Три! Четыре!..
Закончив на двенадцати, каждый поднял свою кружку с напитком. Что делать дальше, никто не знал, поэтому ученики принялись за угощение. Нафан взял на себя роль ведущего.
