Мир в руках игрока (СИ) полностью

Кощеев Дмитрий

МИР В РУКАХ ИГРОКА

Пробуждение

1

   Там, за бескрайней Восточной долиной, ровной, как накрытый жёлто-зелёной скатертью обеденный стол, чуть восточнее чащоб и болот охотничьего заповедника, зеленеют холмы - вечно молодые, видавшие виды старцы.

   С этими холмами связано много историй. Видели эти холмы и обряды друидов, и жестокие битвы народов. Следы, шрамы, занозы, оставшиеся на память об этих событиях, незаметные непривычному глазу, густо усеяли их склоны.

   Люди обходят эти холмы стороной. Ни зверь, ни птица не устраивают для себя здесь жильё. Холмы одиноки. И только ветер-бродяга, гуляя по склонам, будит траву и с шелестом гоняет зелёные волны.

   Была тихая лунная ночь, когда покой одного из холмов оказался нарушен. Зашелестели, вгрызаясь в землю, лопаты, взрезая кожицу-дёрн на затянувшемся старом шраме. Умолкли цикады в траве и испугано притихли ночные птицы, когда с полсотни землекопов срыли с холма курган-прыщ.

   Заскрипели подводы. Напряглись туго натянутые верёвки. Защелкали бичи и завизжали, чуть не дымясь, подъёмные блоки.

   Десятки конских копыт. Сотня человеческих рук. Голоса. Запах пота. Ругань надсмотрщиков и тяжёлое, сбившееся дыхание простых слуг.

   Потянули. Раз. Два. Давай! Ещё раз. Ещё! Ну давайте! Ни шагу назад. Напрягитесь. Ещё.

   Наконец. Вытянули.

2

   Шум битвы. Не сладкий, не громкий, а вязкий, как патока, обволакивающий тебя с головой. Растянувшиеся на вечность мгновения. Странный сон, так похожий на смерть. Крики, вопли, лязг и грохот копыт, звон мечей и скрежет проминающих железо булав. Блеск обагрённых кровью наконечников копий, яркие вымпела и изящный полёт длинных стрел - тонких тростинок, соломинок, влекомых ветром войны.

   Всё застыло. Растянулось. Заросло вечным льдом. Пропиталось туманом. Изъелось песком.

   Память. Вечная память. Отпечаток на снах. И липкая патока воспоминаний, в которой завязли окутанные багровым туманом холмы...

   Сон растянулся и лопнул подобно струне. Дзинь... Лязгнули сталью полки. Дзинь... Ударили друг о друга изъеденные красной влагой мечи... Бом-м... Загремели по склону холма выпущенные из рук полковые трубы, и тяжким стоном отозвался набат колоколов, поддержанный детским хором...

   Он ощутил холод в груди. Большой снежный ком. Подтаявший. Пропитавшийся водой, взятой со дна самых глубоких колодцев. Холодно...

   Груди коснулся огонь. Лизнул языком задубевшую кожу. Обжёг мышцы. Опалил волосы. Жар...

   Две стихии столкнулись. Огонь попал в лёд. Лёд взорвался с замедлением и большой силой.

   Шум битвы затих. Отодвинулся вдаль. Он больше не находился на покрытых кровью холмах. Его сдуло ветром, отнесло прочь и развеяло.

   Мертвецы - а именно они породили шум битвы - застыли, посерели, превратились в картинки на книжных страницах. Страницы прошуршали, и книга закрылась.

   В архив. Из архива. Его извлекли из Архива.

   Серые монотонные будни. Дождь за окном. Громыханье грозы. Приятная свежесть и влажность. Он раскрыл свои голубые глаза, и его взору предстало...

   ...Поле. Усыпанное трупами поле. Останки людей. Обломки оружия. Вороньё. Тоска и вечный покой. Поле победы...

   Ничто - кроме проигранного сражения - не может быть печальнее, чем сражение выигранное.

   Он победил. Проиграл? Разве это не одно и то же? Одержал ли он победу или потерпел поражение - неважно. В обоих случаях он погубил немало жизней. Он выиграл битву, но проиграл душу. Свою. А также души многих тысяч людей.

   Он закрыл глаза и увидел...

   ...Камень. Надгробье. Как будто и не просыпался. Как будто по-прежнему лежит в могиле, исходя кровью и гноем...

3

   - Изабелла, дорогая моя, я ни о чём более вас не прошу. Только побудьте здесь. Поживите недельку, другую. Понимаете, это очень важно. Я вас очень прошу. Ну в память о нашей дружбе с вашим отцом. Я вас прошу.

   - Ваше сиятельство, я уже месяц не виделась с Сержем. У него увольнительная. У него всегда в конце месяца увольнительная...

   - Дорогая моя, я понимаю. Я всё понимаю. Но будьте добры... Ради человечности. Помогите несчастному. Его разум зыбок, как огонёк горящей свечи. Помогите устоять ему на грани безумия. Я ни о чём более вас не прошу. Просто будьте рядом. Серж поймёт. Ну если хотите, я с ним поговорю.

   - Ваше сиятельство...

   Его сиятельство засмотрелся на надутые алые губки. Красавица, прелесть, алая роза...

   - Ну почему я?

   Его сиятельство позволил себе усмехнуться.

   - Потому что вы идеал милосердия.

   Она польщёно смутилась.

4

   Лучи солнца упали в оконный проём, проткнули стекло и растеклись жёлтым пятном по холодному полу. Дождь прекратился. Порывистый ветер крепчал, взлетал в небеса и взрезал своими крыльями тьму дождевых облаков. Пелена расползлась, жалко сморщилась. Солнце, метнув стрелы-лучи, безжалостно ужалило влажную землю сквозь зияющие бреши в небесных доспехах. Битва закончилась. Враг побеждён. В течение нескольких недель солнце будет завершать свой беспощадный разгром, поливая жаром унылую землю и иссушая её.

   Он проснулся. Открыл свои зелёные цвета моря глаза и уставился в потолок.