Народ, выйдя на улицы и заставив короля обнажить голову перед телами погибших берлинцев, победил в Берлине организованную военную силу. Король назначил новое правительство во главе с умеренными либералами Л. Кампгаузеном и Д. Ганземаном, которое 2 апреля созвало ландтаг, принявший закон о выборах в Прусское национальное собрание. Выборы прошли в апреле-мае 1848. Уже в ходе работы предпарламента, заседавшего 31 марта — 3 апреля во Франкфурте-на-Майне в соборе Св. Павла, среди депутатов определились приверженцы двух основных политических позиций. «Либералы» видели цель в «свободе, суверенитете народа и монархии» и считали, что объединить Германию можно, убедив князей признать главенство Пруссии, а «демократы» выступали за свержение монархии, установление республики, уничтожение всех старых государственных институтов и превращение предпарламента в постоянно действующий революционный орган (Струве). Идея либералов о возможности мирного пути объединения страны не была такой уж утопической — некоторые государства готовы были объединяться под прусской эгидой (Баден, Вюртемберг), а Австрия, занятая в этот момент внутренними делами, вряд ли смогла бы помешать этому. Но Фридрих Вильгельм IV сам отказался от такого развития событий.
Все последующие основные события разворачивались в стенах созванного во Франкфурте-на-Майне Национального собрания. Среди депутатов доминировали чиновники, юристы, врачи, т. е. именно тот «средний класс», о котором говорилось выше и который взял на себя реализацию всех проблем, стоявших перед обществом.
Постепенно в Национальном собрании выявились два возможных пути решения национальной проблемы. Великогерманский, означавший объединение всех германских земель, включая Австрию, под властью императора из династии Габсбургов, и малогерманский, предполагавший объединение страны без участия Австрии во главе с прусскими Гогенцоллернами. О границах и будущем гегемоне разгорелся многомесячный спор. И это при том, что во время «горячей стадии» революции вопрос о власти не был решен, франкфуртскому парламенту она в полной мере не принадлежала, и чем дольше он заседал, тем более беспомощным становился. Кроме того, в процессе своей деятельности собрание оказалось втянуто в национальные конфликты. То что в теории казалось правильным и справедливым, например восстановление независимости Польши, пришло в противоречие с требованиями реальной политики, что понимали даже демократически настроенные депутаты.
В центре дискуссии оказался вопрос, что в принципе следует считать основой для будущего единого государства — Германский союз или область распространения немецкого языка? Главным камнем преткновения стали негерманские земли Австрии и Пруссии. В конце концов собрание пришло к единому мнению, что идти на раздел империи Габсбургов и перекраивать карту Центральной Европы никто не готов. Проблема объявившего о своей независимости от Дании Шлезвиг-Гольштейна и попытки ее решения показали, что изменений в Центральной Европе и германского единства нельзя было достичь вопреки существовавшей тогда системе европейских держав.
Ратификация Национальным собранием перемирия с Данией в Мальмё от 26 августа 1848 г. вновь вывела людей на улицы с требованиями роспуска парламента. В этой ситуации депутаты пошли против «породившего» их народа. Правительство для защиты парламента вызвало прусские, гессенские и австрийские войска, которые и подавили восстание. После этого инициатива полностью перешла к королю и имперским князьям. В ноябре 1848 г. король добился самороспуска прусского Национального собрания, а 5 декабря Пруссии была дарована конституция, что нанесло сильнейший удар по по прежнему дебатирующему Франкфуртскому национальному собранию, которое, впрочем, еще несколько месяцев обсуждало проекты имперской конституции. Либералы, боровшиеся за единое конституционное государство, были удовлетворены прусской конституцией и боялись того, что политический процесс выйдет из-под их контроля. Запоздалая попытка собрания отказаться от активно обсуждаемого и желательного для большинства депутатов великогерманского решения и предложить германскую корону Гогенцоллернам не удалась. 27 марта 1849 г. парламент принял имперскую конституцию и избрал прусского короля императором Германии. Король согласился принять корону, но только легитимным путем, т. е. с согласия всех германских князей и вольных городов. Фридрих Вильгельм не без оснований боялся протеста остальных европейских держав и возможной интервенции Австрии. В апреле имперская конституция была отклонена правительствами Австрии, Баварии, Ганновера и Саксонии. Через несколько дней Австрия и Пруссия, а затем и другие государства отозвали своих представителей из Франкфуртского национального собрания, что фактически означало конец его деятельности. 18 июня 1849 г. вюртембергские войска разогнали собрание, переехавшее в Штутгарт, что не вызвало широких протестов и народного возмущения.
