Примеров тому — тьма. Известно: черноземы Украины с 4–6% гумуса давали более высокие урожаи, чем черноземы лесостепного Поволжья с 10–15% гумуса. На владимирских суглинках, на полях Н. А. Кулинского, в биологическом севообороте с заделкой соломы урожаи зерна удвоились и утроились, и давно не опускаются ниже 50–55 ц/га. А на Кубани, где гумуса чуть не втрое больше, зерна собирают порой вдвое меньше. Долго ли ещё мы будем тупо кивать на гумус, коллеги?..
Не сыпь мне соль на почву!..
Она ещё родит…
В начале нового тысячелетия Европа вносит до тонны минералки на га. Причина проста: растениям действительно нужны доступные, растворённые элементы. В почве их очень много. В чернозёмах — до 100 т/га! Но они запакованы в горных породах и в почвенном поглощающем комплексе (ППК). Не пытаясь их освободить, то есть создать плодородие, мы сыплем сверху минеральные соли — и выбиваем свою прибавку силой.
Да, природным растениям человек не нужен. Их питание обеспечивает сам биоценоз. Плодородие — это динамическая самодостаточность почвы. Вне живой почвы самодостаточность невозможна. Растения могут расти на растворах солей без всякой почвы — и при нуле самодостаточности. Это и доказывает, что минеральные удобрения не имеют к «регулированию плодородия» никакого отношения. Напротив, удобрения — симптом отсутствия плодородия. Они питают растения за счёт внешней энергии и труда других людей — как в колбе с раствором. Самостоятельность почвы они не увеличивают — значит, в конце концов, уменьшают.
Давайте посчитаем выгоду минералки по–человечески. Прибавка урожая — только один из её эффектов. Посмотрим, во что нам обходятся все прочие.
Прирост урожая — плюс. Но удобрения реально усвоились на 30–40%, а то и меньше. То есть две трети затраченных денег — уже в минус. Меж тем неусвоенные удобрения пошли гулять. Половина — в подземные воды и водоёмы. Вы знаете, сколько стоит реабилитировать экологию прудов или колодцев одного района? Впрочем, о чём это я. Кто будет этим заниматься?.. Люди, как и микробы, для иного бюрократа — вещь бесплатная. Но цену всё же учтём: запахнет жареным — нам платить! В Европе уже платят, и по полной.
Другая половина солей закрепилась в ППК. Казалось бы, плюс плодородию. Однако, братцы мои: насыщать ППК за деньги?.. Так мы и за воздух скоро платить начнём! Но даже не это главное. В ППК наши удобрения ведут себя по–бандитски: закисляют почву, ухудшают её физико–химические свойства. Приходится усиленно пахать, рыхлить и вносить известь — в среднем даже больше, чем уже внесли удобрений. И что, всё это даром? А известь после этого тоже остаётся балластом. Придётся сеять сидераты…
Если считать «по понятиям», доход от удобрений — 40%, а самый минимальный ущерб — около 300%. Мы этого не видим, потому что считаем хитро: купил на 100, прибавку продал на 200, а остальное — трава не расти! Так она и перестаёт расти: удобрений–то всё больше приходится покупать. А почвы спасать «научно разработанными методами» — полная утопия: вылетишь в трубу со свистом, не поняв, откуда свистит! На одно только производство и применение удобрений и извести тратится около 600 МДж/га не возобновляемой энергии топлива — в разы больше, чем усваивается энергии солнца! А на спасение почвы её требуется ещё в несколько раз больше. Вот таким странным образом мы выращиваем урожаи, откинув задней ногой даровую энергию солнечного топлива. Осталось только спрятать поля под крыши и растить хлеб при искусственном освещении! Не могу не привести рисунки Андрюши Андреева из самой первой книжки «Умный огород»: уж очень в тему.
Кстати, запасы сырья для калийных и фосфорных удобрений тоже не возобновляются. Довольно скоро придётся прекратить их производство, или разориться на них окончательно. То есть минералка в принципе не может решить проблему кормления планеты.
Важная роль минеральных элементов для растения — факт. Но факт этот почему–то не лёг в теорию питания растений, а стал флагом «теории» искусственного минерального кормления, переросшей в прибыльнейшую индустрию. Ведущая роль углеродного питания углекислым газом была показана столь же предметно, но, несмотря на колоссальные усилия Климента Аркадьевича сотоварищи, это не вылилось в сколько–нибудь заметную научно–практическую активность. Растения потребляют в сотни раз больше С02, чем минеральных веществ; его дефицит так же вреден, а добавка так же повышает урожай, однако парадокс: ни вала диссертаций, ни сотен заводов, производящих угольную кислоту для сельского хозяйства! А уж роль света в питании — вообще туши свет, и опять никаких научных прорывов, и до сих пор учёные разводят руками: низка, низка у нас продуктивность фотосинтеза, а что поделаешь… Ой, братцы, кто–то страшно умный задумывал эту игру: меньше солнца усвоят — дороже продашь!
