БЕРЕГА РЕКИ. Надёжно укрепляем и речные берега от размыва. Сначала строим защиту из кольев. Два–три ряда деревянных кольев, 35–40 см между рядами, сперва неглубоко забиваются прямо в дно речки в подмываемых местах, вплотную к берегу. Всё сооружение набивается соломой, ботвой хмеля. В июне, после спада воды, здесь нанесено много ила. В него так же сплошь кладутся хлысты ивы, наполовину затаптываются в ил, прикрываются землей. Колья вбиваются глубже, уплотняя конструкцию. Опыт показал: заросшие ивой берега уже не размываются.
ЗАЩИТА ПОЛЕЙ ОТ СМЫВА. Справились и с плоскостным смывом пашни. В первую очередь самые смываемые склоны заняли многолетними травами, в основном люцерной. Тем самым на 300 гектарах вокруг оврагов создали четыре почвозащитных севооборота. От полевых севооборотов их отделили лесными полосами. Площади под многолетними травами довели до 45%. В основном это клевер красный и белый, люцерна и их смеси со злаковыми.
Окончательно остановили смыв, изменив ландшафт. На склонах создали горизонтальные водорегулирующие лесные полосы из двух рядов деревьев. Между рядами — водопоглощающая канава. Она должна быть чуть глубже промерзания (у нас — 1,6 метра), а шириной 0,6 метра. Канавы забиты ботвой хмеля, соломой и т. д. Чтобы не было продольного размыва, через каждые 50–60 метров в них созданы поперечные перемычки. Ширина такой лесополосы вместе с канавой составляет 6 метров. Расстояние между лесополосами зависит от крутизны склона. В наших полях по 4–5 полос, расположенных друг от друга на расстоянии 220–290 метров. Поля — по 12–15 га. Естественно, обработка почвы на склонах ведется только горизонтально.
Уже через несколько лет убедились: опыт удался. Практически нет смыва почвы, даже и по зяби; влага на этих небольших полях максимально впитывается в землю, урожаи выше. Поэтому полосы создали еще на 600 гектарах склоновых земель. Если дело дойдет до создания отдельных крестьянских хозяйств, такая организация даст для этого оптимальные условия.
ЛЕСОПОЛОСЫ И ЛЕСНЫЕ НАСАЖДЕНИЯ. Выбор породы деревьев для лесопосадок зависит от местности. Так, мы убедились: сосну нежелательно сажать на северных склонах — там скапливается много снега, и весной он ломает саженец. А дуб лучше сажать как раз на северном склоне: здесь для него больше влаги и он лучше приживается. А снег защищает сеянцы дуба от зайцев.
Днища оврагов занимают ива, ветла, ольха и тополь, а для создания настоящей чащобы, которая необходима для многих диких животных, нужна черемуха. На крутосклонах оврагов выращиваются главным образом липа, береза, рябина, дуб.
В свое время в полевых лесополосах, разделяющих полевые и почвозащитные севообороты, выращивали 5-7 рядов деревьев с кустами. Потом убедились: такие лесополосы лучше делать на юге. У нас они накапливают слишком много снега, почва созревает не одновременно, и это мешает во время посевной. Нам достаточно два ряда деревьев без кустов. При этом уменьшается скорость ветра, и снег ровно ложится на 80–100 м от полосы.
Сейчас кустарники в лесополосах не сажаем. Их, и в первую очередь шиповник, выращиваем во многих местах на ветреных склонах, и не только ради накопления снега, но и для создания защитных условий для куропаток: лисицы туда не сунутся.
РЕГУЛИРОВАНИЕ ВЫПАСА. Сердцевиной успеха в борьбе с эрозией в нашем колхозе является регулирование, а в большинстве оврагов и прекращение пастьбы скота. Без этого успешно бороться с оврагами немыслимо: уже ранней весной неокрепший травяной покров на их склонах вытаптывался, молодые вётлы выедались. Это сейчас в наших лесах подрост как в джунглях, а тогда он весь поедался скотиной, и лес насквозь просматривался!
С великими трудностями было связано решение этого вопроса. Где взять корма?! Тут нас выручила люцерна. Убедились: она не боится засухи, так как имеет мощную корневую систему, и дает–хороший урожай в течение многих лет, притом по два укоса. Через пять лет колхоз уже имел около 400 га почвозащитной люцерны на склоновых землях. Последний укос — до 25 августа. Зимой допускаем умеренный выпас овец. От этого выпадов люцерны не было, а настриг шерсти резко увеличился.
После долгой разъяснительной работы люди согласились получить сено и солому с колхозных полей, чтобы с будущего года скот до сенокоса в овраги уже не выпускать. Через год–два с оврагов, где раньше ходил скот, стали накашивать столько сена, что его хватало для выдачи по одной тонне на каждый двор села. Коров стали держать даже пенсионеры. Со временем пришло также понимание ценности именно естественного сенокоса, именно луга, со всем многообразием различных трав, даже если его укосы ниже, чем на полях.
