Я перебил:
– Завтра утром меня не будет в Ссылке. Во мне находится дефзонд, и через определенное время он сработает.
– Ну тогда, если вы поможете нам добыть этот кристалл… Мы могли бы…
– Не могли бы. Кристалл нужен мне самому.
– Да, но, возможно, в распоряжении Гленсуса уже находится несколько кристаллов…
– Вот и воруйте их сами…
Я отвел от него взгляд и обнаружил, что паром приближается к причалу. Дальше начиналась роща, ее огибала широкая, плотно утоптанная земляная дорога, по краям которой рос густой кустарник. Начал накрапывать холодный дождик. Лата поежилась и обхватила себя руками за плечи.
– Вы не хотите объединить усилия? – удивился Смолкин. – Но почему?
– Просто не хочу, и все тут, – отрезал я.
Чоча сделал последний могучий рывок, и паром мягко ткнулся в причал. Отряхнув ладони, Пат-Рай, не слышавший нашего разговора, принял угрожающий вид – особо ему стараться для этого не пришлось – и раскачивающейся походкой двинулся к нам.
– Об чем речь? – рявкнул он, приближаясь.
Фенгол завис и опасливо отплыл подальше.
– Вы точно не хотите сотрудничать? – сделал он еще одну попытку.
– Вот именно. – Я двинулся к краю парома, и под ноги попался перевернутый бочонок, брошенный мной впопыхах при появлении колдуна.
– Очень жаль, – донесся приглушенный голос Смолкина, медленно поднимающегося над рощей.
Я поднял бочонок и спрыгнул на берег вслед за Пат-Раями.
– И не вздумайте шпионить за нами! – крикнул я вслед удаляющемуся фенголу.
– Зачем ты прогнал его? – тихо спросила Лата.
– Я не знаю его истинных намерений. Только то, что он сам сказал…
– А мне он показался честным.
– Может быть. Но это только одна причина. А вторая… он относится к типу… Ну, в общем, недотеп. Понимаешь, о чем я? Именно от таких ожидаешь, что в самый важный момент они отчебучат какую-нибудь глупость и завалят все дело. А в тех редких случаях, когда они действуют правильно, это все равно не приводит к нужному результату… просто… Ну, просто в силу их внутренней природной недотепистости.
Лата посмотрела на меня и неожиданно спросила:
– Кем ты был раньше?
– Кем был? – переспросил я, удивленный вопросом. – Да никем… Бродягой, если хочешь знать. Со случайными заработками…
– Просто бродягой? Мне показалось… А, не важно! Чоча, куда теперь?
Чоча, широко шагавший впереди и краем уха прислушивавшийся к нашей беседе, махнул рукой влево, и тут фенгол Смолкин крикнул сверху:
– Берегись, там велотелеги! Целых три! Они едут к вам!
Мы прыгнули в кусты. Прижимая одной рукой бочонок, я поднес другую к глазам. На зеленом овальном экране таймера светились цифры: 12.00.03.
Мы не успели толком спрятаться, лишь присели, так что наши головы – моя повыше, а Латы и Чочи пониже – торчали над кустами. На повороте дороги из-за рощи одна за другой показались три велотелеги, везущие по крайней мере дюжину вооруженных самострелами людей в сером.
Мы замерли, стараясь не издавать ни звука. На повороте велотелеги замедлили ход. Все-таки это были невероятные по своей нелепости механизмы. Впереди, отдельно от других, сидел водитель, он сжимал руль и крутил педали.
Скрипя и покачиваясь, первая машина поравнялась с нами. Дождь моросил, капли настырно шелестели по листьям, стекали по волосам и лицу. Я моргнул, стряхивая их с ресниц, провел языком по верхней губе. Мою голову почти полностью скрывали кусты, да и цвет волос мало отличался от цвета пожухлой листвы.
Прямо перед глазами проплывала низкая платформа. В каждом колесе имелось по три кривых деревянных спицы. Помимо рулевого, или, если можно так выразится, рулепедального, на велотелеге находилось еще трое.
– Что-то на пароме никого нет, – донеслось до нас. – Куда все подевались?
– Да у них большой шухер после облавы. Може, увидали нас, испужались…
– А я в Хохсусе сегодня не был – дежурил с утра по камерам. Много хабара взяли?
– Да, порядком. Даже Норы шмонали…
– Заложил кто?
– Точняк. Мы, конечно, про них завсегда знали, но обычно делали вид, что не помним, где входы. А Его Боссовство сердился… вот, видать, кто-то и «вспомнил»…
Я с интересом прислушался к разговору, протекавшему – с небольшими изменениями – в знакомом русле жаргона уголовников Ливия. Первая велотелега медленно проехала мимо. На второй шла беседа, как будто продолжающая предыдущую…
– Сегодня каждому доля обломилась. Только звену Усача не пофартило…
– А чего с ними?
– На Чочу нарвались, все рамсы им попутал. Ох и здоровяк! Видишь это. – Повернув голову, говоривший разинул рот, демонстрируя прореху в зубах. – Его, гада, работа. Как тогда Его Боссовство положил глаз на Чочину сестру, так Чоча в отрицалово и пошел.
