Путь
В сердце ночей,
В травах холмов,
В песнях из снов.
О родной, безупречный, суровый, безжалостный мир,
Вечная тьма над багровой, мерцающей мглой,
Скорбное зарево — память угасших светил
Путь озарит над погибшей, пустынной землей.
Боги-титаны, восстаньте из огненной мглы,
Боги-титаны, восстаньте из мрака пещер;
От поступи вашей поют, содрогаясь, миры.
Приди, о Бхайрава, явись Черный Бог, Мудрый Зверь!
Мы — ваши дети, потомки далеких кровей,
Вы — это мы на вершине познанья и сил.
Боги-титаны, восстаньте из Бездны скорей,
Нам помогите подняться из плена могил!
Я движусь устало по серой равнине своей.
Это призрачный мир, над болотами тучи плывут.
И если вдруг вспыхнут гирлянды болотных огней,
То тут же погаснут они, под ногой пропадут.
И промозглый, сырой ветер влазит в одежды мои.
И из этого мира, похоже, не выйти никак.
И мне кажется то, что вернулся к началу пути,
И мне кажется, будто уж был я в этих местах.
Я не знаю, как долго бреду я, зачем и куда.
И не помню уже, кто же я и откуда иду.
Только в сердце моем, может быть, пропадут холода,
Коль замечу сквозь мглу серых туч голубую звезду.
О темное небо, скорее прими мой огонь,
О черная шкура быка, принесенного в жертву.
Зачем ты меня породило, изрезав мою ладонь,
Где линия жизни зовется и линией смерти,
Где свет белых дней порождает безумная тьма,
А тьма ледяной пустоты — света разума дочь,
Где символы жизни, как стены, стоят на пути,
Где символы смерти готовы согреть и помочь?
И ответит молчанием небо, и это великий знак,
Всех небесных богов великий ответ:
«Мы за свет, но владыка восход порождает закат,
И тому, кто не понял закона, не видеть побед».
Обнажится вдруг небо, и черная-черная ночь
Озарится миллионами синих и белых огней.
И окинув равнину взглядом, путник коснется небес,
Чтоб опять целый век, замерзая, брести по ней.
Ветви и звезды всегда помогают благим
Посох и меч над землею как знамя поднять.
Сила планеты пребудет с творящим добро.
Волею неба связаны дети и мать.
Те, кто из странствий вернулся в родительский дом,
Те, кто вступить на дорогу познанья готов
Древнею силою вновь соберутся в кольцо,
Поднимут над миром корону из звезд и цветов.
Священные джунгли,
Божественный лес,
Ты к Солнцу поднялся
До самых Небес
к Отцу.
Сомкни свои ветви
За нашей спиной,
Открой свое сердце
И песней воспой
Звезду.
Великий Господь,
Звездой низойди
И сердце мое,
И душу мою
зажги.
Священной водой
Меня напои,
И чистое пламя
Осветит пусть наши
бои.
Великий Господь,
Нам в сердце войди.
Священный огонь
Нам душу зажги
на камне.
Пусть крепкие камни
Опору дарят,
Пусть силу подарит
Бессмертия яд
на тайне.
Пусть падают звезды,
Дрожит земля,
Но в каменном сердце
Пусть воля твоя
горит!
Пусть сила титанов,
Пусть небо богов,
Пустая опора
Тот Камень Миров
хранит!
Когда тебе все дни до смерти опротивят,
И ты до гроба станешь дни считать,
Когда твои владенья солнышко обнимет,
И пеликаны с юга прилетят
Пришей на свой адаб еще одну заплату,
В том месте, где дыра побольше всех,
И положи в карман последнюю зарплату,
Всю ту, что вызывает общий смех.
Пока здесь не воюют, ты будешь значит жив,
Пока не лопнут струны, ты будешь значит сыт,
Пока стоят вокзалы, иметь ты будешь кров
В своей большой державе, державе дураков.
Подбей свои штиблеты, что сохнут у порога,
И собери свой старый вещмешок.
И на прощанье вспомни — ты не один у Бога,
Но даже ты ему — родной сынок.
И солнышко осветит ухабы и канавы,
Пустыни, реки, горы и моря.
Ты возлюбил планету — и в мире места нету,
Где не было бы дома у тебя.
И если тебя спросят: да кто же ты такой,
Бродяга или хиппи, дурак или святой?
Спроси ответ у Бога, что над тобой весь век,
Он скажет: «Ты, сынок мой, свободный человек».
В небе вечером закат
Разлился, как будто кровь.
Кровь из жизни выпивает
Волчья стая злых веков.
Кровь из жизни выпивает
Волчья стая злых веков.
Припев:
Ветер времени сотрет
Буквы жизни на земле.
Ветер времени сотрет
Буквы жизни на земле.
Ворон песню пропоет
О законченной судьбе.
Ворон песню пропоет
О законченной судьбе.
И джахсором[1] серп луны
Добивает силу дня.
Может, буду рассеченным
Падать с доброго коня?
Может, буду рассеченным
Падать с доброго коня?
Припев.
Ветер мчится над землей
Травы клонит, пыль гоня,
Точно малая песчинка
В вихре Шивы жизнь моя.
Точно малая песчинка
В вихре Шивы жизнь моя.
Припев.
Дракона рык, скрежет
Острых когтей о бронь,
Рубит топор и режет,
Из брони высекая огонь.
Рыцари черной короны
Крушат мир, не чуя ран,
Сокрушают тюрьмы и троны,
И границы проклятых стран.
Из рубленых ран брызжет
Кровь родниками гор.
Кто кроме Смерти выживет
На тропе, где король — топор?
Ветка скрипит, ворон сидит,
небо пронзающий ветер шумит.
Ветка умрет, ворон уйдет,
небо погаснет, ветер уснет.
Сила придет из ночного восхода,
звездою украсив щит небосвода.
Деревья
вспомнят они вчерашнюю вьюгу.
Поля серых мхов, вековые наросты
древесных грибов откроют погосты.
