Открываю рот шире и вбираю в себя. Очень необычные ощущения. Начинаю сосать. Вожу рукой и головой, пытаюсь подобрать ритм. Осторожничаю.
– Сильнее сожми и глубже бери.
Пытаюсь шире открыть рот, чтобы протолкнуть. Чувствую, как касается задней стенки, и я закашливаюсь.
– Расслабься, Кира. Ты молодец, – гладит по волосам. – Футболку с себя сними и трусы тоже.
– Зачем? – хрипло спрашиваю, а сама раздеваюсь за секунду.
– В рот возьми и себя потрогай.
Я провожу языком по его длине, облизываю, как конфету на палочке. Свободной рукой трогаю себя за грудь. Чувствую, что она набухла и требует внимания, сжимаю соски, кручу их. Между ног становится жарко и влажно.
– Вот так, малышка. А теперь погладь себя между ножек. Чувствуешь, какая ты мокрая? Тебе нравится мне сосать, правда?
Я лишь громко стону. Его слова и то, что сейчас происходит, так пошло и вульгарно. Но мне нравится, нравится, нравится.
Я нахожу единый ритм. Насаживаю свой рот на член Мирана и трахаю себя пальцами. Они просто проскальзывают внутрь от влаги. Удовольствие нереальное. Такого я еще не испытывала. Неожиданно я начинаю кончать и чувствую, как теплая густая жидкость стреляет мне в горло. Глотаю все до капли и с влажным звуком выпускаю член изо рта.
Вау. Это было… Очень грязно и эротично.
Сил нет вообще.
– Сюда иди, – хрипит Миран.
Я ползу к нему, на ходу вытирая рот. А он тут же впивается в него поцелуем.
– Люблю тебя, – шепчу ему в губы.
– А меня от тебя уносит, медсестричка, – ухмыляется.
– А как же шл*хи? – не могу сдержать сарказма.
– Ты появилась – других не надо.
В груди все дребезжит и набухает, наполняется любовью. И внезапно так страшно становится, а вдруг все закончится.
Не закончится.
Он не отдаст меня.
Мы будем вместе.
– А жена? – спрашиваю, заглядывая ему в глаза.
Меня волнует этот вопрос все больше и больше. Такая ревность черная накрывает, когда я думаю, что он с ней так же…
Его семья и слова не сказала, что я тут с ним, хотя все прекрасно знают, что у него есть законная супруга. Неправильно все это. Не хочу его ни с кем делить. Даже на бумагах.
– Что жена?
– С ней так же?
– Не имеет значения, – и во взгляде опять этот холод.
– Разведешься? – спрашиваю, и сердце перестает биться.
Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…
– Нет.
Одно слово. Три буквы.
Они полностью уничтожили мой мир, оставили после себя лишь острые осколки…
Ранним утром я захожу к Алиму в кабинет. Мужчина улыбается при виде меня, а потом хмурится.
– Все нормально, Кира?
Наверное, вид у меня такой себе. Я не спала всю ночь. Думала. И приняла решение.
– Да. Помните, вы говорили, что исполните любое мое желание? – спрашиваю трясущимся и ломающимся от эмоций голосом.
– Конечно. Ты придумала, что тебе надо?
Я твердо встречаюсь со старшим Имановым взглядом.
– Да. Я хочу уйти от Мирана. Можете сделать так, чтобы он никогда меня не нашел?
Чувствую, как плечо горит огнем и сводит спазмом, но я продолжаю делать упражнения.
– Хватит, Миран, – останавливает физиотерапевт.
– Еще один подход, – выдыхаю я.
Пот застилает глаза. Если пуля меня не убила, значит, не остановит. Перед глазами ночь ранения. Я анализирую снова и снова, думаю, что должен был сделать по-другому, чтобы избежать выстрела.
Все сводится к тому, что я действовал на эмоциях. Когда нашел Киру, меня волной какого-то странного облегчения затопило. Медсестричка с огромными голубыми глазами пробралась мне под кожу. Оказывается, у меня есть сердце, которое бьется исключительно для нее.
Я когда встретил ее впервые, то сразу понял, что слишком чистая и невинная она для меня, запачкаю собой. Но не смог отпустить. Вообще. Заклинило на ней.
Вижу, что нравлюсь ей, говорит, что любит. А я верю. В ее взгляде – обожание, кажется, она принимает меня таким, какой я есть, без прикрас. С ней легко и спокойно. Я никогда не завидовал старшим братьям, наоборот, ржал и подшучивал над тем, как они трясутся над женами, но кажется, до меня начало доходить. Медленно, но верно.
Закончив упражнения и выслушав рекомендации, я пошел в душ. Через час я уже ехал в офис к Теоману, брат захотел меня увидеть.
– Привет, – зашел внутрь без стука.
Тео сидел в кресле за массивным столом, рубашка расстегнута на верхние пуговицы.
– Привет, как ты? – смотрит внимательно.
– Бывало и лучше, – хмыкаю я. – Пусть Надя кофе сделает.
Брат по коммуникатору сообщает секретарше, чтобы та принесла два кофе, и буквально через пару минут кофе уже на столе.
– О чем хотел поговорить? – спрашиваю, делая глоток американо.
– А ты сам не догадываешься? – давит взглядом.
Наверное, будь на моем месте кто-то другой, то уже обосрался бы от страха.
– Хватит тянуть кота за яйца, брат, говори.
– Ты знаешь кто стоит за покушением?
– Да.
– И?
– Я работаю над этим.
– Я хочу все знать, Миран. Меня за*бали твои недомолвки. Выкладывай все.
Я задумался и начал постукивать пальцами по подлокотнику кресла. Я на сто процентов доверял брату и семье. Я думал о том, хочу ли его вовлекать или нет.
– За покушением стоит Карина.
Брови брата ползут вверх.
– Карина? Жена твоя?
– Единственная и неповторимая, – хмыкаю я.
