– Выпорю, – мрачно пообещал ей Вернер. – На развилке возле энерго-блоков сверни к конденсационным платформам. Там есть технический транспортный проход, можно добраться до беспилотников быстрее.
– Сделаю. Спасибо.
Йеннер поправила маршрут на собственной навигационной схеме, и заложила скайлером крутой вираж, сворачивая направо.
Конденсационные платформы, заполненные голубым неоном конденсата, матово светились и едва не сливались в сплошные полосы – Йеннер выжимала из скайлера все, что могла.
– Вернер, пока я лечу за беспилотником, попробуйте найти Фелиз сами. Может быть, что-то появится на датчиках системы безопасности.
Разумеется, показания датчиков выводились и на виртуальный экран перед Йеннер, она получила бы предупреждение, если бы система засекла Фелиз. Но Вернер мог не просто следить за уведомлением, мог лично проанализировать мелкие нестыковки в показаниях сканеров, если Фелиз от них пряталась.
– Пока ты летишь, я тут пытаюсь выбраться из собственного блока. Спасибо большое, что расхерачила дверь, к слову.
– Вернер, это я вас выпорю. Сидите смирно и займитесь полезным делом.
– Да поищу я твою подружку, расслабься. Одно другому не мешает.
На визоре вспыхнуло красным уведомление о еще одном взрыве, на сей раз в сейф-блоке, где хранились все игрушки Вернера, и Йеннер едва подавила желание застонать:
– Вернер, скажите мне, что это не вы.
– Это не я, это мой боевой дроид.
– Я вижу. «Автономный модуль YNR-2»?
– Ну да, я назвал его в честь тебя.
В фильмах подобное всегда воспринималось романтичнее. Или же под угрозой Фелиз Йеннер просто не могла оценить широту жеста.
Справа мелькнул технический проход, и она направила скайлер туда. Проход – широкая круглая шахта уходила на следующий ярус станции и действительно могла существенно сократить путь.
Подобные технические проходы строили ремонтники – модульное устройство ремонтных блоков позволяло тасовать пространство по желанию, расширяя одни отсеки и сужая другие. Изменения отображались только на схемах ремонтников и службы безопасности.
Откуда-то Фелиз тоже о них знала – беспилотники сменили курс и нырнули в проход с другого конца. Йеннер видела на схеме, как они приближались.
В узком транспортном туннеле у них было преимущество перед скайлером, и Йеннер опустила машину вниз.
Несколько секунд ушло на то, чтобы выскочить наружу и раскидать виртуальные окна вокруг себя так, чтобы они не загораживали обзор.
– Ты с ума сошла? – судя по голосу, Вернер был в ярости. – Там пять беспилотников. Вали оттуда!
– Не отвлекайте, – отозвалась Йеннер. Плети рванулись вверх, имплантаты-наконечники впились в стены туннеля, и ее дернуло вверх. Напряглись нити симбионта под кожей, компенсируя перегрузку мышц.
Во время войны Йеннер привыкла перемещаться так, рывками. Используя симбионт больше, чем собственные руки и ноги.
Боевые плети были пластичными, могли переходить в развернутую форму – так их длина составляла четыре роста носителя. При этом они, разумеется, теряли в толщине и прочности, но для перемещения это не имело критического значения.
Йеннер укрепилась двумя плетьми и освободила остальные, застыв в воздухе.
Беспилотники появились через пять секунд.
Их действительно было пять – обтекаемых белых модулей, с агрессивно светящимися прицелами портативных дезинтеграторов. Где бы Фелиз ни достала их, там не экономили на качестве.
Плети рванули Йеннер в сторону, выдергивая из под первого заряда, хлестнули наружу, совсем немного не дотянувшись до ближайшего беспилотника, и бросили в сторону. Сбоку просвистел серебристый оружейный заряд, потом еще один и еще.
Было так просто довериться симбионту и позволить ему делать все, для чего он был предназначен. Эйфория была почти наркотическая – и от возможности размять плети на полную, и от скакнувшего вверх синхрона. Всего шестьдесят, но как же классно.
Беспилотники перестроились в боевую формацию клином и дали еще один залп.
Йеннер увернулась, проскальзывая внизу, ударила плетью вверх, пробивая белое механическое брюхо имплантатом.
Следующий беспилотник зашел справа, дал залп из бокового оружия, и заряд прошел в нескольких сантиметрах от лица Йеннер.
Она отпустила плети, почувствовала, как искусственная гравитация потянула ее вниз, воздух зашумел в ушах.
Оставшиеся четыре беспилотника перестроились у нее над головой – обтекаемые крылатые тени.
Йеннер ударила плетьми вверх, пока беспилотники еще не начали маневр и не успели развернуть орудия. Четыре плети – одновременно. Остриями имплантатов вверх.
Инерция бросила Йеннер вперед, закрутила в воздухе.
Беспилотники рухнули вниз, утягивая за собой, и пришлось уцепиться нижними плетьми, чтобы освободиться. Спину неприятно дернуло – мышцы отвыкли от использования симбионта.
Йеннер опустилась на пол, рядом с грудой, в которую превратились боевые машины – имплантаты били без промаха, всегда в управляющую плату – и активировала сканер.
– Вернер, вы здесь? Можете определить, куда мне?
– Ты нормально? – его голос звучал напряженно, словно он ожидал, что Йеннер как минимум окажется при смерти.
