– Это если не додумаются сдвоить их наподобие того малайско-полинезийского катамарана. Малайцы же додумались. Для античного Средиземноморья катамаран не так, чтобы обычен, но когда требуется по делу – соединяют два корабля в пару, не дожидаясь, пока какой-то гений изобретёт. Гойкомитичам просто не требовалось до сих пор, но если потребуется – додумаются и они, как додумались малайцы с полинезийцами. Сдвоят свои лодки, доплывут, высадятся – и снимай сапоги, власть переменилась.
– Так это же, Макс, если так рассуждать, то вообще нельзя у южноамериканских берегов показываться, – хмыкнул Володя, – А как нам тогда на Кубу отсюда плыть? Нам же бризы прибрежные нужны, а по твоей логике получается, что как увидят красножопые наши корабли и обзавидуются нашим ништякам, так и прямо тут же сдвоят свои каноэ в катамараны и поплывут в набег куда-то туда, откуда приплыли мы? Разница-то в чём?
– Разница – в знании. Мы же не к самому этому бразильскому углу поплывём под прямым углом прямо из открытого моря, а на запад, наискосок, так что и увидят нас уже в каботажном режиме. Ну, плывут какие-то чужаки вдоль берега, так скорее всего, вдоль него же всё время и плыли, а раз выглядят непривычно, и никто никогда о таких не рассказывал – значит, очень далеко живут, хрен до них доберёшься. Если и найдётся такой вождь-волюнтарист, что захочет сплавать туда, не знаю куда, чтобы добыть то, не знаю что, так надо ж ещё племя убедить. А если и убедит – ну так и пущай себе вдоль берега на юго-восток плывут хоть до самого угла, и если раньше не загребутся – милости просим дальше на юг вдоль того же берега. Если настолько упёртыми окажутся – хоть до самого Магелланова пролива, гы-гы! Нам разве жалко?
– То есть тут важен именно характер плаваний и их частота?
– Естественно! Это же ключевой фактор. Если идиоты с ружьями повадятся в двух шагах от колонии систематически куролесить и гойкомитичей злить, когда колония ещё слаба и большого набега ни пресечь, ни отразить ещё не в состоянии, то это, знаешь ли, до добра не доведёт. Поэтому и не хочется мне раньше времени ружья им давать. Без них трезвее свои силы будут оценивать, а по ним и хотелки свои соразмерять. С луками-то они тыщу раз ещё подумают, стоит ли им при таком раскладе викингов из себя корчить. Пусть вон лучше рыбу и черепах на атолле промышляют, если своего острова им мало.
– Так сколько, говоришь, высота вон того бугорка? – я ткнул пальцем в сторону пика, одиноко господствовавшего над окружающей местностью.
– Моро-ду-Пико? В наше время он будет около трёхсот двадцати, – припомнил Серёга, – На фотки, вроде, похож, так что большие обвалы маловероятны – скорее всего, и сейчас столько же.
– Триста двадцать? – переспросил Володя, – Точно? Не, ну каменюка, конечно, внушительная, но что-то не выглядит она настолько.
– Так не от подножия же, а над уровнем моря, – пояснил геолог, – И мы с вами и сами сейчас существенно выше того уровня, и до подножия скалы есть ещё подъёмы.
– Ага, эдакое неровное плато, – согласился я, – Триста двадцать, значит?
– У нас альпинистской снаряги нет, – подгребнул меня спецназер.
– Высоцкий я тебе, что ли? На хрен, на хрен, мне и в трубу его неплохо видно! А сколько у нас, кстати, та Эйфелева железяка? Ну, в смысле, будет у лягушатников.
– Со шпилем – триста двадцать пять, и это от подножия, но антенна вешалась, конечно, не на шпиль, а пониже, так что по ней – метров триста, – Серёга таки просёк мою мыслю на предмет радиосвязи с метрополией и другими колониями – в светлом будущем, конечно, потому как в этот раз – катастрофически не до того.
– То бишь, по высоте у нас с теми лягушатниками где-то то на то и выходит?
– Если вешать антенну со стороны моря, то да – там скала обрывается круто к самому берегу, так что как раз все эти триста метров с копейками там наберутся.
– Ага, лучшего места для радиостанции дальней связи один хрен не найти. А что от деревни далековато, так и дело ведь не каждодневное, и сама станция появится не сей секунд, да и ретранслятор на ней можно будет потом замутить – ну, когда дойдут руки уже до ума всё это хозяйство довести. Млять, нескоро ещё дойдут! – я сплюнул от досады.
– Точно! А пока – только пейзажем любоваться, – поддержал меня спецназер, – В общем, никакого поселения там пока – бережём место под будущую радиостанцию.
Пик в самом деле примечательный – виден даже со стороны бухты, выбранной нами под гавань будущего порта, то бишь с противоположной стороны острова. Ну, не с самого пляжа, конечно, оттуда обрывом всё закрыто, а вот с возвышенности, где строится деревня, он уже виден отчётливо. Соответственно, с задуманной нами радиостанцией на нём, когда она будет готова, легко свяжется и маломощная в самой деревне, а когда будет и ретранслятор – будет у неё и дальняя связь.
