– Неплохо, – одобрительно кивнул Тим. – Экзамены начнутся через две недели. Практику мы уже отработали и собирались разъезжаться по домам, но по такому случаю можно и задержаться. На экзамене будут проверять только теорию – если ты сумел попасть на территорию академии в день экзамена, значит твоего уровня силы достаточно для обучения. Единственное: ты не владеешь магией, а значит у тебя начнутся проблемы если не на первом занятии, то во время зимней сессии – точно.
Мира приуныла. Так, молча, они добрались до главного корпуса как раз к обеду. Дрейк сидел в гордом одиночестве. Джо и Эндрю наградили их столик выразительными взглядами и о чем-то зашептались с соседями по столу. Временами Мира ловила на себе взгляды остальных студентов.
– Где вы пропадаете? – возмутился Дрейк, который успел прикончить половину обеда.
– Гуляли, – коротко ответил Тим. Дрейк хмыкнул, но от комментариев воздержался.
Мира промолчала: она понимала, что не стоит распространяться о том, что сделал для нее Тим. А еще обилие выбора в еде поставило девушку в тупик – хотелось попробовать все. Пододвинув к себе миску с салатом, она подозрительно принюхалась: пахло как всегда аппетитно. Таким образом, в ее тарелке выросла гора всего, что ее обоняние оценило на пять с плюсом.
– А Тина где? – неожиданно опомнилась Мира, при этом примериваясь с какой стороны тарелки начать дегустацию.
– Кажется, за завтраком она обмолвилась, что ей надо в город, – пожал плечами Дрейк. – Вроде бы вернется к ужину. Слушай, ты уверенна, что стоит есть это все?
– В желудке все равно все перемешается, – отмахнулась Мира, вонзая вилку в поджаристый кусок отбивной. Мясо просто таяло во рту. А вот зеленый лист, похожий на крест-салат из ее мира, был очень горьким. Девушка еле удержалась, чтобы не выплюнуть его обратно в тарелку, но сдержалась и с трудом проглотила, обильно запив все морсом.
– Да я к тому, что в твоей тарелке есть пара продуктов, которые, как бы деликатнее выразиться, не стоило бы смешивать. В лучшем случае получишь несварение, в худшем – пару дней пролежишь у лекарей, – пояснил Дрейк.
Мира подозрительно вгляделась в свою тарелку: ей вдруг показалось, что еда как-то злобно хихикает, планируя выполнить план по отравлению юного организма. Девушка никогда не подозревала, что ей так легко что-то внушить. Неожиданно, кусок красного плода, на который она нацелилась вилкой, отодвинулся. Вскрикнув и отпрянув от стола, Мира подумала о том, что только живой пищи ей не хватало.
– Эту тарелку можешь отставить в сторону, – посоветовал Тим. – А еще лучше накрой чем-нибудь, чтобы ничего не убежало.
Мира, пытаясь преодолеть чувство омерзения, вытряхнула из корзинки хлеб и закрыла тарелку, сверху прижав увесистым графином, в котором плескались остатки морса.
– Что это? – девушка подозрительно посмотрела на спокойные лица темных. – Только не говорите, что вы решили так пошутить! Или это так несовместимость еды себя проявляет?
– Ни в коем случае, – сразу открестился Дрейк. – Мы не будем покушаться на твои лавры.
Девушка в конец растерялась. В накрытой тарелке что-то настойчиво скреблось. Тим сжалился над Мирой и объяснил:
– У тебя точно есть талант или к зельям, или к вредительству, – темный говорил и одновременно накладывал еду в чистую тарелку. – Вот, это можешь есть, не беспокойся, не оживет.
– Но у меня же нет магии, – шепотом решила напомнить девушка, тем не менее с благодарностью приняв обед, который ей собрал Тим. Она уже отметила для себя, что ребята хоть и дружили, но были очень разными по характерам. Тим был спокойным и чутким. В Дрейке же наоборот чувствовался задира, а его бестактное поведение, прикрытое шутками, порой сильно выбивало из колеи.
– Для некоторых вещей требуется лишь крупица магии, а для ведовства вообще не требуется. Если сделать упор на развитие этой стороны, то у тебя есть все шансы доучиться и получить диплом.
– Что? – переспросил Дрейк. – Я не ослышался? Кто-то хочет учиться с нами?
– Тише ты, – шикнула Мира, заметив, как некоторые студенты с невинным видом пододвинулись ближе и начали прислушиваться к их разговору. – Да, хочу, а что мне еще остается делать? Не в моих правилах висеть у кого-то на шее. Тем более в этом мире нет шеи, которая согласилась бы терпеть меня.
– Ну это ты зря так, – раздался голос позади. – Я с удовольствием предоставлю тебе кров и постель да хоть прямо сегодня.
Мире не надо было оборачиваться, чтобы узнать Эндрю. Ее передернуло от отвращения, когда она поняла, что именно имел в виду боевик. Только она открыла рот, чтобы выразить все свое презрение по отношению к некоторым личностям, которые только по таинственному и счастливому (смотря для кого) стечению обстоятельств, все еще живы, а также передать свои наиглубочайшие соболезнования родителям Эндрю, как почувствовала, что кто-то из ребят под столом осторожно наступил ей на ногу. При чем по их лицам было не понятно, кто это сделал, а заглядывать под стол девушка конечно же не стала.
