-Танки, самолеты и пушки хорошо охранялись и к ним было не подойти. Но ты сам подумай, как поедет танк или полетит самолет, если та машина, которую вывел из строя этот мальчуган, не привезёт к нему топливо, снаряды, да и просто еду, если не будет еды, то солдаты останутся голодными. А как воевать когда есть охота?
Не много помолчав, я продолжил.
– Да и потом во время войны конфет, на оккупируемой территории не было и ему тоже хотелось сладкого.
Никита смотрел то на небо, то на реку и потом неожиданно меня спросил.
-Сколько ему лет было?
-Лет примерно десять.
-А кто его научил кидать землю в бензобак?
-Да….а….а
Потирая бороду, задумчиво произнёс я.
-Понимаешь до войны у них в деревне жил один тракторист, а трактор у него всегда ломался и как-то после очередного ремонта он, во время обеда, подъехал к столовой. И его с задором девушки спросили.
-Ну, что Тини-Толкай опять сломался?
-Да не пойму как будто кто землю в бак кинул.
-Дядя Тини, дядя Тини, а зачем землю в бак кидать? Спросил его малец, который сидел на улице и что-то рисовал палочкой на песке.
-А за тем, чтобы мотор сломать, но ты босоногий этого не делай, за это и посадить могут.
Никита сорвал травинку, взял её в рот и задумчиво произнёс.
-Выходит он спустя время, когда пришли немцы, вспомнил про этот разговор.
-Выходит так, ответил я.
-Деда, деда, а девочки помогали бороться с фашистами? Спросила меня Даша.
-Все помогали бороться с этой коричневой чумой. Все от малого до великого были разведчиками, смотрели вокруг, что да как и передавали информацию партизанам.
Вот, что рассказывал мой отец.
-Как-то раз после боя ранили его товарища и сильно ранили, в ногу, что он идти не мог. После того когда их отряд оторвался от преследования, было принято решение оставить раненого на опушке леса в заброшенном домике лесника. Оставив раненому бойцу не большой провиант, его боевые товарищи пошли на базу, в партизанский отряд. По дороге они попали в засаду и поскольку их было всего двое, а фашистов восемь, и всё это было внезапно, после короткого боя, они погибли.
-А как же раненый? Спросила меня внучка.
А раненому помогла баба Маша.
-Это та, которая живёт у колодца? Спросили меня дети.
-Да. Так вот продолжал я. Раненому повезло, его нашла девчушка, которая рядом собирала с брошенной избушкой ягоды и пришла попить, а поскольку рядом с избушкой был родник, и день выдался жарким, она и пришла к этой сторожке. Увидев раненого, который находился без сознания, девчушка побежала к врачу. А врачом у них на хуторе был немец, но по убеждению коммунист, ему это война не нравилась и призвали его насильно, к тому же Ганс, так его звали, давно искал связь с партизанами, чтобы уйти к ним. Маша побежала к доктору и все рассказала. Ганс тут же пошёл и прооперировал партизана. И поскольку раненый потерял много крови, с недельку ему пришлось полежать, и всё это время его кормили Ганс и Маша. Затем раненый когда мог долга идти и рана была не опасна, вместе с Гансом ушли в лес. После войны Ганс взял имя Слава и жил в соседней деревне, был доктором.
– А бабе Маше медаль дали?
-Нет. Ответил я. – Но разве от этого её можно не считать героем?
-Конечно нет. Ответили дети.
-Так вот из таких геройских поступках и ковалась победа.
Посмотрев на часы, я сказал:
-Заболтались мы с вами, обедать пора.
И мы пошли домой. По дороге дети ещё долго вспоминали те истории, которые, я им рассказал. Так прошёл еще один летний, прекрасный день.
Слушая истории Николая Кузьмича про ВОВ, невольно приходит на ум, сколько страданий пришлось пережить людям. Я долго не решался написать эту историю, поскольку она вызвала у меня неоднозначную реакцию. Эту историю Николай Кузьмич рассказал мне следующим образом. Шёл я, Николай Кузьмич и его внучка Даша. Даша побежала играть в песочницу, где были ребятишки, и кто-то у неё попросил совочек, а она не дала. Тогда Кузьмич подозвал свою внучку и сказал.
-Дашуль поделись, а то «Замёрзнешь как Коврижкина».
– Это как? – Удивилась егоза.– Сейчас же лето?
– Слушай меня внимательно,– Кузьмич посадил её на колени.
– Шёл второй год войны (1941-1942). Представь деревню, где не то чтобы все друг друга знали, а можно сказать, что война всех сроднила. И так 1942 год только начался, зима, трескучие морозы. Ко мне в избу, тогда меня звали Колей, постучались, дверь распахнулась и на пороге стояла соседка, про таких говорят бабушка-божий одуванчик звали её Митрофановна. Худая, на ней телогрейка висела как на вешалке, голова, закутанная в шерстяной платок, на ногах валенки.
-Добрый день.
-Здравствуй, – ответила мама Коли, – проходи.
-А я иду по улице и чую картошку кто-то варит. Думаю, дай зайду. – С этими словами Митрофановна прошла к столу. Ей поставили алюминиевую тарелку и положили две картофелины, от которых шёл пар. Обжигаясь и перекидываю картофелину с руки на руку она быстро их съела. Поблагодарив Митрофановна ушла.
-Деда, а что здесь плохого?– спросила Даша.
-В принципе ничего, но надо учесть тот факт, что моя мама поделилась с ней своей порцией, а ведь это был паек, который всем выдавали.
