— Ты всё еще хочешь услышать ответ на свой вопрос? — бросил он мне вслед.
Остановившись, я оглянулась.
— Отвечу на любой, если ты позволишь мне отвезти тебя домой.
— Извини, я испачкала весь салон, — виновато произнесла я.
С лица Илая не сходила счастливая улыбка.
— Это очень легко исправить, и потом — это всего лишь кусок пластмассы, — небрежно бросил он.
— Это шедевральное воплощение искусства в динамичной форме! — в голове промелькнула мысль, что для меня перепачкать эту машину было сродни тому, чтобы подтереться полотном «Мона Лиза».
Он снова засмеялся. Мне в который раз показалось, что он знает, о чем я думаю.
— Это и есть твой вопрос?
Я ошарашенно смотрела на него. Вопросов очень много, и это лишь один из них.
— Ты что, читаешь мои мысли? — произнесла я.
— Не совсем. Ты сама транслируешь их в мое сознание.
Кошмар. Он знал о каждой!
Илай хитро прищурил кошачьи глаза и запечатлел на губах знакомую улыбку.
— Многие из них мне пришлись по душе.
Я опять залилась краской. Возникло желание накрыться с головой одеялом.
— Прости за велосипед, — произнес он.
— Мне с трудом верится, что ты можешь перегрызть металлическую раму, если ты, конечно, не умеешь превращаться в медведя.
— Нет. В медведя не умею, — усмехнулся он.
Ответ прозвучал странно.
— А в кого умеешь? — произнесла я и только затем удивилась абсурдности вопроса.
— Это уже другой разговор, — сказал он, в который раз ухмыльнувшись, и мы заехали на подъездную дорожку. «Lambo», издав грозный рык, стихла. Двери в машине были заблокированы.
«Открывай дверь», — подумала я, проверяя правдивость его слов.
— Как скажешь, — ответил он, и двери поднялись вверх.
«Значит, правда. Интересно, есть ли способ блокировать свои мысли?»
— Это сложно, очень сложно, — помотал головой Илай, знаково хитро улыбаясь.
— Я найду! — пообещала я.
Он самодовольно произнес что-то вроде «угу» и вышел из машины.
Мы поднялись на второй этаж и разошлись по своим комнатам. Я непозволительно долго нежилась под струйками теплой воды, пока не согрелась, а когда вернулась из душа, то в первую очередь схватила телефонную трубку.
— Книжная лавка мадам Олшеври, — послышался мягкий голос.
— Добрый день, миссис Олшеври, это Лила.
— Здравствуй, дорогая. Ты не передумала? — спросила она.
— Нет, конечно же, нет. Мой велосипед сломался, и мне пришлось пойти пешком. По пути я попала под сильный ливень и упала в лужу. Вот, вернулась домой чтобы переодеться. Обязательно приду, немного позже.
— Ох, — вздохнула она, — погода сегодня как с ума сошла! Этот внезапный ливень, да еще и с градом… Просто кошмарный день! Хорошо хоть закончился так же быстро, как и начался. Но как ты доберешься до меня без велосипеда? Может, подождем, пока его починят?
— Его уже нельзя починить, — ответила я. — Но вы не волнуйтесь, я переоденусь, и дорога как раз подсохнет.
— Спасибо тебе огромное!
— До встречи, миссис Олшеври!
— Лила! — истошно заорала Мардж, тарабаня в дверь.
— Ужас! — воскликнула миссис Олшеври. — Когда же она оставит тебя в покое?
— Быстрее, чем она думает! — воскликнула я. — Извините, мне пора.
Когда дверь открылась, Мардж ввалилась внутрь всем свои необъятным телом.
— С каких это пор ты взяла привычку запираться?! — выкрикнула она.
— С тех пор, как я плачу за эту комнату, — спокойно ответила я.
— Ты не принесла мне деньги из кафе! — сказала она и протянула ко мне руку с грязью под ногтями.
— Мне казалось, что ты взяла даже больше, чем тебе причиталось.
Она снова затеребила свой кулон.
— Мне положено всё, что ты зарабатываешь! — она заглянула ко мне за плечо. — Что это ты делаешь?
— Собираю вещи.
— Ты что, уходишь?! — спросила она с ужасом в глазах.
— Да, — я продолжала складывать в коробку книги.
Лицо Мардж злобно сморщилось.
— Ты что, думаешь, что вот так просто можешь уйти?
— А почему нет? Рабство давно отменили! — я недоуменно смотрела на нее.
— Тебе еще нет восемнадцати!
Жирные щеки раздувались, втягивая воздух.
— Мой тебе совет — начинай искать работу! — произнесла я и, взяв коробку со скудными пожитками направилась к двери.
— Ты никуда не уйдешь! — закричала она. — Вот она — черная неблагодарность! Я тебя растила, поила, кормила, одевала. А ты меня бросаешь?
— Ты сама веришь в то, что говоришь? Ты никогда, за всё время, ни разу не поблагодарила меня! Когда я болела, ты заставляла меня с температурой выполнять твои приказы. Единственная вещь, которую я от тебя получила, — это велосипед, который ты собиралась выбросить. Мои обязательства выполнены! Я обслуживала тебя пять долгих лет, и ни разу не сказала тебе ни одного плохого слова. Сейчас я хочу уйти. Просто отойди с дороги!
— Ты никуда отсюда не уйдешь! — рыкнула она и схватилась за коробку. — Отдай! — закричала она и неожиданно схватила меня за майку. Я, пытаясь освободиться, уперлась ей в грудь ладонью и дотронулась до украшения. Кулон засветился нежно-голубым светом, отвлекая меня от склоки. Я завороженно смотрела на круглый диск, уже не зная, доверять ли собственным глазам.
