В четырнадцатый том собрания сочинений известного американского фантаста вошел роман «Властелин Тигр», сочетающий в себе лучшие традиции приключенческой литературы в духе Хаггарда и Берроуза с ключевыми направлениями современной фантастики.
Lord Tyger
Copyright © 1970 by Philip Jose Farmer
© Издательство «Полярис»,
© Издательство «Полярис»,
В четырнадцатый том собрания фантастических произведений Филипа Хосе Фармера вошел один из самых необычных романов писателя — «Властелин Тигр» (1970).
Любовь к произведениям Эдгара Райса Берроуза, которую Филип Фармер питал издавна, проявлялась во многих его произведениях. А во «Властелине Тигре», как и во многих других романах, он прибег к прямым заимствованиям из работ мастера приключенческой литературы.
Рас Тигр — властелин джунглей. Негритянские племена живут в страхе перед ним, пришельцем из Страны духов, чья мать — обезьяна, а отец — Бог. Он повелевает затерянной долиной. И только Птица Бога с железными крыльями неподвластна ему. Но когда предназначенная ему в жены пророчеством золотоволосая девушка вываливается из распоротого чрева Второй Птицы, Рас еще не знает, как изменится его жизнь, когда в нее войдет Ева, зоолог из Финляндии. Ему предстоит пройти свой мир до края, чтобы найти своего Бога… и отомстить ему за бессмысленную жестокость, за тупое, дословное следование великой Книге.
Не стоит раскрывать тайну происхождения Раса Тигра — пусть читатель раскроет ее вместе с героями романа. Берроузовский Тарзан отражается, точно в кривом зеркале, в новоявленном повелителе джунглей — таком, каким он мог бы стать, а не аристократе-самоучке Берроуза. И, однако, жестокий и звероподобный Рас по-своему симпатичен. В его характере присутствует та цельность, которой наделен и настоящий Тарзан.
Стоит обратить внимание и на ряд иронических символов, окружающих героя. Само его имя — Рас — означает по-амхарски «повелитель, господин». Приемных родителей Раса зовут Юсуфу и Мирьям — Иосиф и Мария. Учитывая, что они именно приемные родители молодого дикаря, считающего своим отцом Бога долины — Игзайбера, аллюзия становится совсем прозрачной…
А пока Рас Тигр сидит на дереве, играет на флейте и поет песнь любви, дразня негритянских воинов и распаляя их жен, — молодой бог затерянного мира…
— Моя мать — горилла, отец мой — Бог!
Рас Тигр устроился поудобнее на ветке, прислонившись плечом к стволу дерева. Почти обнаженный: набедренная повязка из леопардовой шкуры да крокодильей кожи ножны с костяной рукояткой большого ножа на виду — вот и все одеяние, — в левой руке Рас держал наготове флейту.
— Я единственный в мире белый человек. И пришел к вам из Страны духов.
Он пел на языке вонсу. Даже увлеченный пением, Рас не забывал об осторожности и постоянно оглядывался. Облюбованное дерево росло почти что на берегу, в двух шагах от деревни. Обзор прекрасный: в поле зрения попадали и все постройки, и все поля к востоку, и свадебный островок, отделенный от мыса узкой протокой.
Рас пел улыбаясь. Паника, охватившая обитателей деревни, служила аккомпанементом много лучшим, чем флейта.
— О смуглокожие красотки, всех вас я люблю. Люблю, как молния высокое дерево, как рыба воду, а змея — свою норку в земле.
А крепче всех люблю тебя, Вилида, прекраснейшая из прекрасных, предназначенная сегодня другому.
Я, Властелин Тигр, могучий и прекрасный, ловкостью и силой подобный леопарду. Я Тигр из Страны духов, сам дух с бесконечным питоном меж ног; и улей мой сочится медом сладчайшим.
О смуглокожие красотки, всех вас я люблю. Люблю, как камень паденье, как орел ветер, а виверра — родного детеныша.
А крепче всех люблю тебя, Вилида, прекраснейшая из прекрасных, предназначенная сегодня другому.
Рас прервал пение, чтобы сыграть на флейте щемящую мелодию, которую жених согласно обычаям вонсу исполняет для новобрачной, заключенной на островке. Высокий голос флейты разнесся далеко окрест.
Деревушка племени вонсу занимала северо-западную оконечность полуострова, образованного большой — не меньше мили в диаметре — речной излучиной. Перешеек мыса с востока, достаточно узкий и удобный для обороны, вонсу перегородили высокой стеной из заостренных стволов.
От стены до самой деревни пролегли поля, засеянные злаками и овощами. Саму деревню окружал дополнительный двойной частокол. В отличие от наружной стены заостренные бревна здесь заканчивались множеством шипов.
