Скилтон наблюдал за ней со смешанным чувством.
Чудо-Птица улетела, а вместе с ней исчезли суть его подвижничества, его религия, его мысли, все его бытие.
Они никогда больше не вернутся для Представлений. Они никогда не сыграют «Дворец».
Скилтон прятал свои тяжелые мысли глубоко под уровнем считывания, дабы племя не догадалось, о чем он сейчас думает. Он чувствовал смущение и тревогу соплеменников — те ждали объяснений. Но как ему донести до них всю правду? Как сказать, что никакого Представления не было и все долгие годы ожидания Великого Предсказания прошли напрасно? Как?!
Однако долг учителя — быть честным и правдивым, и Скилтон уже начал вызывать свои мысли на общий суд, как вдруг резко остановился и загнал их назад, сохранив поверхность разума спокойной и чистой.
На серебристом песке он заметил прямоугольный предмет, выброшенный из Чудо-птицы существом-женщиной. Возможно, в этом прямоугольнике хранится ключ к тайне, способный помочь Скилтону. Символ, могущий возродить его веру в Лэмов.
«Скилтон? — донеслись до него мысли охваченного страхом племени. — Скилтон, скажи нам, о достопочтенный и прозорливый учитель: что все это означает? Это и было то самое Представление?»
Однако он лишь ответил: «Пошли».
И все племя побрело за ним в серебристые пески к непонятному предмету, оставленному Чудо-Птицей.
Окружив странный Знак, они принялись рассматривать его — и думать, думать.
Прошло много времени. И они спросили Скилтона: так ли это, и он ответил: да, именно так. Они узнали, что явленное им в прямоугольнике и есть Великая Истина.
И еще прошло немало времени. И они поняли.
Здесь было нечто иное. Но не конец. Начало.
Новый образ жизни. Новая эпоха.
Предсказание свершилось.
Возвращаясь в родные долины, они за ненадобностью отбросили прежние ритуалы Снятия Цилиндра, ибо теперь перед ними расцветала новая жизнь. Сейчас уже ни у кого не оставалось ни малейших сомнений, что все они видели
Скилтон опустил массивную голову и, зажав беззубым ртом прямоугольник, рысью помчался к подножию Великой Горы.
Молодняк резво бежал за учителем, а за ними тянулось и все остальное племя, но среди них уже не было медлительных маловеров, ибо все старались побыстрее постигнуть смысл символов, заключенных в Знаке Новой Истины.
Символов, которые выглядели так:
ИЛЛЮСТРИРОВАННОЕ ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ МАРКИЗА ДЕ САД
Под Саргассовым морем - Спящий.
В ожидании общего завтра - Лин и Лорайн.
На Земле - мир. Целое море мира.
И Эбботт, намеренный зачеркнуть шесть столетий.
Армия Лина, затемненная и готовая к кровавому бою, несется к той точке на карте, куда шестью столетиями раньше поместили Спящего. Внутри боевой машины, извлеченной из Смитсоновского музея, услышав сигнал тревоги от слежака, Эбботт резко повернулся к приборной доске. На какой-то миг в отполированной переборке отразилось лицо - его, Эбботта, лицо. Загар, веснушки, сверкающие глаза, внушительный нос- Все на месте.
- Блокировка! - приказал он первому офицеру.
Первый коснулся ладонью трех громадных кнопок на приборной доске. Экран сканера ожил - из зеленого сумрака и илистой мглы Саргассов вдруг вынырнул яркий силуэт устаревшего, но мощного подводного глиссера. Глиссер спускался прямо за ними.
- Показания! - потребовал Эбботт. - По курсу - снесет нам нос.
- Когда?
- Через... минуты полторы.
Эбботт треснул кулаком по краю приборной доски. Впервые с тех пор, как они выскользнули из того места, что когда-то было базой подлодок Пенсаколы, он пришел в неописуемую ярость. Эбботта взбесила сама возможность того, что они могут не добраться до Спящего, могут не отключить его первыми, могут уступить армии Лорайна право толкнуть мир к войне.
Наконец командующий армией Лина обратился ко всем шестерым офицерам:
- Первый остается у сканера. Остальные за мной.
Потом Эбботт опустился в ванну с желе и закрыл глаза. Другие пять членов команды последовали его примеру повернули кресла к ваннам и дружно заскользили в обволакивающее желтовато-зеленое вещество.
Командир тут же почувствовал, как его сознание связывается с разумами всех пяти подчиненных. Выстроив их позади своего фокуса и держа силу наготове, он аккуратно и тихо принялся зондировать линию к глиссеру и армии Лорайна- Прозондировав до критической точки, оставил зонд и метну лея обратно к своему фокусу. А потом, собрав мощь пятерых своих офицеров в единый кулак, снова ринулся к зонду - и ударил! Со всего ходу сокрушительно и незримо ударил в критическую точку!
А находилась эта критическая точка в голове одного из людей Лорайна. Стоило ментальному силовому лучу ударить, мигом опаляя офицеру череп, выжигая ему глаза, как командующий армией Лорайна выставил ментальный барьер и обволок им весь экипаж. Причем весьма вовремя.
