Главный герой во сне попадает в таинственную библиотеку. Ряды стеллажей здесь уходят так далеко, что невозможно разглядеть, где они заканчиваются. Мириады книг, настолько увлекательных, что, читая их, забываешь о времени, о голоде и усталости. Но на самом ли деле все это снится?
Глава 1. Книжный червь
- А этот чудик вообще шевелится? - скептически произнёс студент-первокурсник, кивнув в сторону одногруппника.
- Вроде как страницы переворачивает, - ответил его товарищ.
- Разве? Кажись, он просто в открытую книгу пялится.
- Да нет, вон только что перевернул!
Человек, за которым они наблюдали, учился вместе с ними уже целых три месяца, но за все время ни разу не обмолвился словом с однокурсниками. Он приходил на пары раньше всех, когда Университет только открывался, садился за последнюю парту в аудитории и сразу же открывал книгу. Однажды этот юноша даже напугал уборщицу, которая не ожидала встретить учащихся в столь ранний час, отчего вплыла в лекционный зал, вальсируя со шваброй и напевая старинный романс. Ни испуга, ни последовавшего за ним смущения Анфисы Владимировны юноша не заметил, как не заметил и ее танца, поскольку был сильно увлечен чтением. Лишь когда студенты дружно вставали, дабы поприветствовать преподавателя в честь начала занятия, он откладывал книгу в сторону и брал в руки учебник или тетрадь, но с наступлением перерыва книга снова оказывалась в его руках. Так продолжалось до конца учебного дня. Когда последняя пара объявлялась оконченной и студенты со всех ног мчались забирать из гардероба свои вещи, а те, кто, игнорируя гардероб, всегда носили их с собой, торопились покинуть стены Университета, он дочитывал последнюю главу. Дочитав до последней точки, юноша закрывал книгу, аккуратно убирал ее в рюкзак и только после этого выходил наружу. Что происходило с ним дальше, никто не знал, поскольку никто не видел, как он возвращался домой. Заговорить с ним одногруппники не решались: кто знал, что будет, если оторвать "Книжного Червя" от чтения? А некоторые наивно полагали, будто этот юноша не умеет говорить (отчего были крайне удивлены, когда на адресованный аудитории вопрос преподавателя он вдруг стал отвечать и весьма оживленно говорил на протяжении сорока пяти минут). Имени юноши никто не знал, даже русоволосая староста, старательно вписавшая его в желтый журнал группы в начале сентября. Для всех он был "Чудиком", "Книжным Червём", "Чтецом" или "Этим", а то и вовсе не существовал.
- Хорош уже на Этого смотреть! - раздражённо выпалил один из студентов, прервав своих друзей от наблюдения за "Чтецом".
- Да ты сам посмотри, - последовал ответ. - Он сидит, не двинется, а потом с такой скоростью страницу переворачивает, что моргнуть не успеваешь.
- Это надо снять и на ютуб выложить, - заметила студентка, и ее тут же поддержала свита хихикающих девиц.
- Потом снимете, - не унимался их одногруппник. - Он так каждый день себя ведёт, а Лёха не каждый день в честь Днюхи своей проставляется!
- Да идём мы, идём!
Лишь шелест перелистываемых страниц нарушал тишину опустевшей аудитории, в которой остался только один человек, но когда книга была прочитана, ушёл и он. Белый снег хрустел под ногами, а выдыхаемый изо рта пар своими очертаниями напоминал юноше дракона, историю о котором он недавно закончил читать. Он любил представлять и обдумывать прочитанное по дороге домой. Иногда он забавлял себя тем, что выискивал среди прохожих людей, похожих на персонажей прочитанных произведений. Пристально людей юноша не рассматривал: если какой-то человек совпадал с образом, существовавшим в его голове, это сразу бросалось ему в глаза. Сегодня, например, ему повезло, он смог найти сразу троих: утром мимо него прошёл Хлестаков, а сейчас юноша видел одновременно Кису Воробьянинова и Мерседес де Морсер, во всяком случае, такими он их представлял.
Оранжевая "Газель" остановилась, стоило ему только подойти к остановке. Автоматическая дверь открылась с дребезжащим попискиванием, и "Чтец" вошёл внутрь. В Университете юноша ни с кем не разговаривал, но часто слышал, как его сокурсники жаловались на то, что после занятий невозможно уехать домой на общественном транспорте.
- Странно, - вдруг усмехнулся он. - Маршрутки ведь полупустые.
- Это потому что ты поздно домой уходишь, - усмехнулась девушка, опустившись на сидение напротив него. - Знаешь, без книги я тебя не узнала. Если честно, думала, что ты и в транспорте с ними не расстаёшься.
- Во время движения читать вредно, - ответил юноша, поправив спадающие очки. - И книгу можно помять.
- И почему мне кажется, что последний вариант для тебя решающий?
Юноша ничего не ответил.
- Мой вопрос прозвучит несколько глупо, но... как тебя зовут? - обратилась к нему девушка. - Ведь "Книжный Червь", полагаю, именем твоим не является?
- Александр, - чуть слышно представился "Чтец". Он не любил представляться: зачем, если имя всё равно вскоре забудут?
- Алёна, - назвалась девушка.
- Знаю, - он прекрасно помнил имена всех одногруппников.
- Александр - это слишком длинно, - произнесла студентка, прикоснувшись указательным пальцем к своему подбородку. - Могу я тебя называть Сашей? Шурой? Саньком?
- Да хоть лесным пеньком, - с неохотой ответил парень.
- А ты и шутить умеешь! - удивилась попутчица.
- Как видишь.
