– А ты что внизу делала?
– Провожала Костю.
– Ты выгнала его в грозу?!
– Нет, он сам ушёл, его дома ждут.
– Понятно, – Настя недоверчиво посмотрела на дочь. – Иди-ка и ты готовься ко сну.
– Хорошо, – послушно согласилась Мила и стала подниматься дальше.
– Мила, – окликнула её Настя. – Скажи, а бабушка с дедушкой с тобой случайно не разговаривали? Ну, ты понимаешь о чём я, – стесняясь, проговорила она. – Может во сне или еще как?
– Еще как, – с олимпийским спокойствием ответила Мила и притворно зевнула. – Ну, я пойду спать, ладно?
– Да, иди, иди.
Мила юркнула в свою комнату, но успела заметить, что мама чем-то напугана. Она медленно спускалась вниз по лестнице, ссутулившись и крепко держась за перилла, словно боялась упасть. Мила вдруг отчётливо поняла, что за всей этой подготовкой к походу в сказочную страну даже не подумала о том, что может больше не увидеть маму… Что собирается слинять из дома этой ночью тайно, не сказав ни слова самому дорогому человеку на земле. Что не обеспокоилась о том, что почувствует мама, когда не найдёт её с утра в детской…
У Милы закололо в груди. Она вдруг подбежала к матери и обняла её сзади, прижавшись лицом к её плечам.
– Я люблю тебя, мамочка, – тихо проговорила она, сглатывая тяжёлый комок в горле.
– Что с тобой? – Настя хотела повернуться, но Мила слишком крепко прижималась к ней.
– Со мной всё хорошо, я просто хотела пожелать тебе спокойной ночи.
– Спокойной ночи, мой ангел, – Настя ласково потрепала дочь по кудрявой головке.
Мила оторвалась от матери и побежала в свою комнату.
– Я сейчас задохнусь тут! – прошептал Костя из-под одеяла, едва увидел в дверях босые ноги Милы.
– Всё в порядке! Можешь вылезать.
Парень, ворча вылез из-под покрывала весь в пыли как нашкодивший кот, которого закрыли в тёмном чулане.
– Сколько сейчас времени? – спросила Мила, хватая листок бумаги и ручку.
– Без десяти минут двенадцать. Хочешь записку матери накатать?
– Как ты догадался?
– Я отцу написал и тётке, на всякий случай, а то их с утра кондрашка хватит, когда в кровати найдут надувной матрас вместо меня.
Мила быстро написала размашистым почерком записку для мамы и приколола булавкой на обои.
– Готово! А теперь подойди, – обратилась она к Косте.
– Что… что уже? – растерянно спросил он. Было заметно как он от волнения подёргивает правым плечом.
– Да, пора, – голос Милы дрогнул.
Она надела на спину рюкзак, молча взяла Костю за руку и подвела к расписанной стене…
Когда Костя с Милой стояли рядом у фантастической картины.
– Мы долны найти какой-то знак или подсказку? – Костя с азартм потёр руки.
– Нет, – ответила Мила, что-то выискивая в своих карманах. – Мы должны туда попасть.
– Прямо в картину???
– Это не простая картина, а портал.
– У, класс! Прямо как во всяких фантастических киношках показывают, да?
Мила наконец достала из одного из карманов листок бумаги, на котором была записана подсказка Отшельника.
– Так, – серьёзно сказала Мила. – Теперь ты должен обещать во всём меня слушаться. Иначе я тебя не возьму с собой.
– О чём речь! – почти вскричал Костя, но Мила закрыла его рот рукой.
– Ты что, спятил? Чего орёшь?! Хочешь. Чтобы мама нас застукала?
Костя примирительно поднял ладони, но Мила продолжала держать ладошку на его губах.
– Никаких больше дурацких мальчишеских штучек, всяких там приколов и идиотских предложений, обещаешь?
– Мммм, – покивал Костя.
Мила отпустила руку, глубоко вздохнула и побежала глазами по строкам на бумаге.
–
– У-ух, тёплая, – сказал Костя, прижимая ладонь к стене.
Мила достала карту со львом и девушкой «Дочь Пламенного Меча» и приложила к стене и продолжила читать:
–
После этих слов детская, вся её обстановка стала еле заметно раскачиваться, делая всю окружающую ребят картинку подвижной как дымовая завеса. Мебель, пол, игрушки, шторы на окне… – всё, кроме стен постепенно становилось прозрачным. Предметы просто таяли на глазах, пока совсем не исчезли. Костя непроизвольно сжал руку Милы, глядя по сторонам. Теперь они стояли в абсолютно пустой комнате.
–
Всё происходящее со стороны напоминало хорошо снятое фантастическое кино с самыми впечатляющими спецэффектами, где в главной роли снимаются не актёры, которым приходится играть роль и притворяться, что им весело или страшно, а обычные дети, испытывающие все чувствва на самом деле.
