Макс отправился к себе в каюту, чувствуя себя одновременно счастливым и безмерно усталым. Он не любил ссор; после них у него оставалось неприятное впечатление.
Юноша распахнул дверь — и едва не упал, наткнувшись на Сэма.
— Ты, Сэм?
— Я, конечно. Что случилось с тобой, малыш? Можно подумать, что за тобой гонятся черти.
Макс рухнул на койку и вздохнул.
— И мне так кажется.
Он рассказал Сэму о ссоре с Саймсом.
Сэм кивнул, не скрывая одобрения.
— Только так и можно разговаривать с подобными кретинами — нападать на него до тех пор, пока он не извинится. Давай всякий раз ему отпор, и он начнет испытывать к тебе уважение.
Макс грустно покачал головой.
— Сегодня мне это удалось, и было даже приятно, но он все равно найдет способ отыграться. Ничего не поделаешь.
— Напрасно так думаешь, приятель. Сохраняй спокойствие и жди своего шанса. Если он глуп и у него плохой характер, — а Саймс именно таков, я понял это уже давно, — а ты умен и умеешь держать себя в руках, рано или поздно он допустит ошибку, и вот тут-то ты его и прихлопнешь. Таков закон природы.
— Может быть. — Макс повернулся и сел. — Сэм! У тебя снова знак старшины корабельной полиции!
— А ты раньше не заметил?
— Я слишком увлекся своими проблемами. Расскажи, как ты сумел этого добиться. Неужели первый офицер решил забыть о прошлом и простить тебя?
— Не совсем так. Тебе уже известно о происшествии вчера вечером?
— Ну известно. Но мне сообщили, что официально ничего не случилось.
— Совершенно верно. Мистер Уолтер знает, когда лучше сделать вид, что он ничего не видел.
— И все-таки — что произошло? Мне сказали, что ты постучал по чьим-то головам.
— Явное преувеличение. Если и постучал, то лишь для виду. Мне приходилось служить на кораблях, где подобные потасовки считались хорошим упражнением, способствующим перевариванию ужина. Дело было так, Макс: несколько парней очень перепугались, услышав о том, что корабль потерялся в космическом пространстве, и напились огненной воды. Затем парочка болтунов с длинными языками и почти без мозгов заявили, что их осенило: нужно пойти и поговорить с капитаном, это, дескать, их право. А поскольку большинство людей — бараны, то решили идти все вместе, стадом. Попадись им офицер, он запросто отправил бы их спать по кубрикам, и никаких неприятностей не было бы. Однако мой предшественник столкнулся с ними и приказал разойтись. С этого и началось — они отказались. Боюсь, мой предшественник не обладает талантом дипломатии. Тогда он завопил: «Это мятеж! На помощь!» — после чего разразилась буря.
— Ну а ты, Сэм? Попытался помочь полиции?
— Что ты, малыш. Я стоял в стороне, на безопасном расстоянии и наслаждался веселым зрелищем. И тут заметил, что по трапу спускаются комнатные шлепанцы мистера Уолтера. Я немедленно вмешался в драку и сыграл решающую роль в наведении порядка. Запомни, Макс, лучший способ отличиться заключается в том, чтобы сначала удостовериться, что за развитием событий наблюдает генерал, и действовать после этого.
— Откровенно говоря, я не считал тебя кандидатом на роль героя, — усмехнулся Макс.
— Какой из меня герой! Короче говоря, все утихомирилось. Мистер Уолтер послал за мной, выругал меня, сказал, что я негодяй, мошенник и вор, — затем предложил мне вернуться на пост старшины корабельной полиции, если я гарантирую дисциплину и порядок среди членов команды. Я посмотрел ему в глаза — самым искренним взглядом — и ответил, что приложу все усилия. Таким образом, я снова шеф полиции.
— Я очень рад за тебя, Сэм.
— Спасибо. Затем мистер Уолтер окинул меня испытующим взглядом и сообщил, что, по его мнению, — будто он не знал этого! — где-то на корабле тайно работает самогонный аппарат. Он приказал найти его, а также уничтожить все запасы уже готового самогона.
— Вот как? Ну и что сказал мистер Джи?
— Мы с Толстяком разобрали аппарат, отнесли на склад составные части и спрятали сотни бутылок с огненной водой. Я попросил Джиордана не пускать их в оборот до тех пор, пока корабль не выберется из теперешнего положения. И напоследок убедительно заявил, что если Толстяк нарушит данное мне слово, я переломаю ему руки и ноги.
— Как здорово, Сэм, что ты снова завоевал расположение начальства, — улыбнулся Макс. — Хорошо, что ты нашел время сообщить мне об этом. — Он широко зевнул. — Извини. Я столько не спал.
— Исчезаю. Но к тебе я пришел не для того, чтобы рассказать о своем успехе, а задать вопрос.
— Спрашивай.
— Когда ты в последний раз видел капитана?
Макс задумался.
— В день перехода. А почему ты спрашиваешь об этом?
— Верно, и больше никто не видел его с тех пор. Я думал, что он проводит все время в «беспокойной дыре».
— Нет, в рубке он не появлялся. Между прочим, его не было и за столом — по крайней мере тогда, когда я бывал в кают-компании.
— Еду ему приносят в каюту. — Сэм встал. — Это очень, очень интересно… Гм… думаю, не стоит никому говорить об этом, Макс.