«Ками, пожалуйста, если вы меня слышите, пусть у меня будет нормальная команда, а не идиотов. Пожалуйста! Я не хочу идти с ними на дно!»
— И Узумаки Наруто. Наставник — Хатаке Какаши.
Саске обернулся и поймал на себе взвешивающий взгляд наконец-то отложившего свиток Наруто. Его синие глаза смотрели… Этот взгляд… будто он оценивает, к кому он попал в команду. Мгновением позже увиденное, кажется, его удовлетворило, и он вернулся обратно к своему свитку. А Саске погрузился в размышления.
«Узумаки Наруто. Наверное, лучше его кандидатуры в напарники и нет. Едва ли найдётся кто-либо, кто сможет составить нам конкуренцию. Разве что, может быть, Киба. Сакура? Хм. У неё сто из ста по теории и техникам, но минимальные шестьдесят из ста по физухе. Когда я последний раз с ней дрался… Бррр… Лучше не вспоминать — она растеклась счастливой лужицей ещё до боя, да и в спаррингах с другими она не показала хоть чего-то выдающегося. Что касается сенсея… Не знаю… Никогда о нём не слышал».
Распределение команд закончилось, и генинов разобрали их наставники. Всех, кроме новой команды номер семь. Саске не успел определиться со своим отношением к происходящему, как с галёрки спустился Наруто.
— Пойдёмте на улицу, наш сенсей широко известен своей любовью опаздывать.
— Наруто, ты знаешь нашего сенсея? — удивилась девочка. Саске тоже заинтересовался.
— Да, — он прочистил горло, — Хатаке Какаши, Копирующий ниндзя Какаши, Шаринган Какаши.
Тут Саске чуть не прожёг дырку в своём сопернике. Тот, почувствовав это, посмотрел на него и пояснил:
— Мутная история, но шаринган он получил как посмертный подарок от своего сокомандника.
— Я об этом ничего не слышал, — сквозь зубы сказал Саске. Его бесила сама мысль, что этот Какаши мог получить шаринган нечестным путём.
Наруто спокойно пожал плечами и продолжил:
— Элитный джонин нашей деревни. В пять лет закончил академию, в шесть получил чунина, поучаствовал в войне и в тринадцать получил джонина. Сейчас ему двадцать шесть лет. А ещё он грохнул свою сокомандницу. Короче говоря, очень крутой дядька.
«Не то слово», — ошарашенно подумал Саске. Сакура сидела с открытым ртом.
— Сенсея нашего не будет ещё долго, поэтому раз мы стали одной командой, идём проверим наши навыки и потренируемся.
— Но зачем? — спросила Сакура.
— Мы сможем раньше сработаться, разработать свою стратегию и стать сильнее, — флегматично ответил Наруто.
— Я не об этом, — отмахнулась девочка. — Разве мы уже не достаточно сильны? Мы ведь выпустились из академии, нас научили всему, что надо. Мы даже закончили её с отличными результатами, — Сакура позволила себе немного свысока посмотреть на блондина. — Зачем нам ещё тренироваться? Саске, скажи ему.
Наруто обескураженно переглянулся с таким же офигевшим Учихой.
— Понимаешь, Сакура, — осторожно начал Наруто, — если ты сейчас выйдешь в «поле» то ты сдохнешь.
Девочка вздрогнула.
— И я сдохну, и Саске, — он бросил взгляд на каменное лицо Учихи, — стоит нам нарваться хотя бы на токубецу джонина.
— С чего ты это взял? — Харуно упёрла руки в боки. — Да и почему мы обязательно на кого-то наткнёмся?
— Тебе хватит и генина, — хмыкнул Наруто.
Это возмутило Сакуру до глубины души, и она повернулась к Саске.
— Он прав, — сказал Учиха, и девочку будто окатили холодной водой. — Мы все ещё слишком слабы, — Саске посмотрел прямо в глаза Наруто, — и мы обязаны стать сильнее.
— Вот это настрой, — хлопнул блондин, разрывая гнетущую атмосферу. — А теперь идем на улицу.
— А… Сенсей? — робко поинтересовалась девочка.
— Даттебайо, — вырвалось у Наруто, и он хлопнул кулаком по ладони. — Ладно, напишем ему записку.
Несколько часов до этого.
Хатаке Какаши стоял в кабинете в башне Хокаге. Тут было многолюдно — множество знакомых джонинов и токубецу джонинов с откровенным весельем смотрели на него. Живая очередь резво двигалась, и скоро Какаши оказался перед столом Хокаге.
— Ты сегодня вовремя, — улыбнулся старик.
«Я ещё не сошёл с ума, чтобы опаздывать к тебе, старый пердун».
— Да, Хокаге-сама, — безэмоционально ответил он.
— Держи, — правитель протянул ему свиток, — это седьмая команда, и ты возьмешь её, — старичок выделил голосом и волной КИ последние слова.
— Да, Хокаге-сама, — надтреснутым голосом, сказал Какаши. Маска на поллица и хитай-ате, закрывающий один глаз, помогали ему казаться равнодушным в такие моменты.
— Тогда можешь быть свободным, — жестом руки Хирузен дал понять, что разговор окончен, и Какаши не осталось ничего, кроме как уйти шуншином на крышу дома где-то в центре Конохи.
