— Я убежден, что у биолокации большое будущее, — сказал заслуженный деятель науки, доктор технических наук, профессор Московского авиационного института Борис Анатольевич Красюк, которого я попросил прокомментировать эти исследования. — Казалось бы, делать такой прогноз несерьезно: лозоискательство существует несколько тысячелетий, но широкого применения так и не нашло. Это объясняется главным недостатком метода — овладеть им способны не все, а людей с задатками операторов надо долго учить. Вот если бы создать техническое устройство, которое по этим принципам работает без человека… Впрочем, сейчас это вполне возможно — утверждаю это как специалист. В нашей стране уже разрабатываются приборы, которые будут фиксировать физические поля геологических структур вместо оператора. Возможен и другой вариант — фиксировать изменения в человеческом организме в местах биолокационных аномалий. Тогда оператором сможет стать любой — даже если он не умеет работать с рамкой. И такие приборы я считаю предпочтительнее, потому что они позволяют человеку развивать свои способности. Но в обоих случаях устройства будут фиксировать облака сверхлегких микрочастиц, тех самых, о которых говорит в своей гипотезе Охатрин. Впрочем, я считаю ее не гипотезой, а теорией: она подтверждается многочисленными экспериментами. Но окончательным доказательством стало бы создание приборов, заменяющих человека с рамкой.
Я сам много раз наблюдал работу операторов, — продолжает Борис Анатольевич, — видел, как подтверждаются их показания. И меня поразил такой факт: если к рамке присоединять электрические конденсаторы различной емкости, то ее можно настроить на поиски какого-то одного вида полезных ископаемых. Например, она будет реагировать на свинец и не будет — на медь, или наоборот. Кажется весьма заманчивым создать прибор, обладающий этим качеством. Расчеты показывают, что он позволит находить месторождения на большой глубине, когда залежи перекрыты более молодыми отложениями. Таких площадей в нашей стране миллионы квадратных километров, и они до сих пор практически не разведаны. Установив такой прибор на самолете, можно было бы осуществить эту давнюю мечту геологов. Кстати, такая аэросъемка стала бы эффективной и при поисках в шельфовой зоне золота и других минералов, а также рудных конкреций на дне океанов, что сейчас особенно актуально. Словом, биолокация сулит произвести настоящую революцию в геологии. И думаю, что она начнется уже в ближайшие годы.
…Эти исследования открывают новые перспективы не только в геологии, но и во многих других науках. Ведь исследователям удалось обнаружить не что иное, как материальные носители… эфира, которые искали ученые прошлых веков.
Можно ли допустить, что идеи материальны? Что они существуют не только в нашем сознании, но и независимо от него? Как говорили древние, идеи витают в воздухе.
И так ли уж невероятно это предположение? В виде развернутой научной гипотезы оно было опубликовано в межвузовских сборниках за 1987 и 1988 годы, изданных Московским институтом народного хозяйства имени Г. В. Плеханова. Гипотеза нашла немало сторонников среди преподавателей, студентов и аспирантов. Наверное, заинтересует она и многих читателей. Предлагаем читателям беседу с автором гипотезы — физиком по образованию, доктором экономических наук, заведующим кафедрой статистики МИНХа, профессором Борисом Ивановичем Искаковым.
— Далеко не нова эта идея о материальности всех идей. Мудрецы Древней Индии говорили о различных уровнях материи. Из самой плотной, «грубой» материи «сотканы» предметы привычного нам видимого мира. А информация о них содержится в невидимом мире из разреженной, «тонкой» материи. Там же «витают» человеческие мысли и чувства. Платон, Аристотель и другие философы Древней Греции называли их эйдосами. Гегель тоже считал идеи материальными… Но современного ученого вряд ли могут удовлетворить умозрительные рассуждения философов прошлого — ему нужны экспериментальные доказательства. Наверное, именно они лежат в основе вашей гипотезы?
— Разумеется. Сейчас уже можно считать доказанным существование мировою лептонного газа (МЛГ), пронизывающего все тела во Вселенной и заполняющего «пустоту». Он состоит из сверхлегких микрочастиц с массой от 10-40 до 10-30 граммов. В научной литературе описано около десятка разновидностей таких частиц — это электроны, позитроны, мюоны, таоны, нейтрино… Но, судя по экспериментам советских ученых Охатрина и Сочеванова, сейчас уже можно говорить о сотне разновидностей, большинство из которых имеют еще меньшую массу. По сравнению с ядрами атомов лептоны настолько малы, что могут почти свободно пронизывать все предметы материального мира, подобно молекулам ветра, пролетающим сквозь ячейки рыбацких сетей.
