Выйдя из жилища художника, путешественник вдохнул свежий вечерний воздух. Хотя нет, не вполне свежий. Со стороны города тянуло гарью. Не сильно. Запах лишь слегка щекотал ноздри и навевал мысли о палёной курице. В животе намекающе буркнуло. Тем более, что кроме своего пойла деятель местной культуры ничего гостям так и не предложил.
Неярко светила половинка растущей луны. Необычный кефир оставил в голове странное чувство смешения цветов и лёгкое жужжание в ушах. Или это сверчки стрекотали?
Марк потряс головой. Жужжание не исчезало. Точнее, оно на какое-то короткое время пропадало, но потом снова возобновлялось. Этот звук навевал какие-то смутные воспоминания из далёкого детства, связанные почему-то с чтением книг ночью под одеялом. Так что это были определённо не сверчки, не цикады и не кузнечики.
Приложив определённые усилия и сосредоточившись, белоголовый попытался понять, откуда исходит звук. Справа от входа в обитель художника, где-то в полусотне шагов, слегка колыхались на лёгком ветру заросли полевых трав. Это были настоящие джунгли. Высота стеблей кое-где превышала немаленький рост Марка. Жужжание доносилось именно оттуда.
Заинтригованный путешественник тихо двинулся к зарослям. Теперь в коротких перерывах между жужжанием слышались ещё какое-то невнятное бормотание. Когда до травяных джунглей оставалось пара метров, там, в глубине, что-то шлёпнулось.
– Денатурат мне в глаз! – уловил Марк. – Куда ж ты падаешь?! Взял, называется, фонарик! А фонарик чтобы искать фонарик не взял!
Улыбнувшись, путешественник стал двигаться на голос, который всё не унимался.
– Понавтыкивали тут… А если пожар? А если кто заблудится? Кому теперь жаловаться?
Углубившись в заросли ровно на тридцать шагов, Марк увидел стоящую на четвереньках фигуру в чёрном свитере, чёрных ботинках, чёрных брюках, чёрной вязаной шапочке.
– Добрый вечер! – радостно гаркнул белоголовый.
Фигура замерла. Повисла неловкая пауза. Впрочем, неловкой она была только для застигнутого врасплох человека, который оставался в той же позе, не шевелясь и, кажется, даже не дыша. Марк же решил обойти его слева, чтобы получше рассмотреть.
К глубочайшему удивлению путешественника, лицо и руки любителя ползать в траве оказались тоже чёрными. Лишь глаза сверкнули белками, когда он скосил их на обходившего его белоголового дылду.
– Бог в помощь! – так же радостно и громко продолжил Марк. – Может, надо чего? Всегда готов услужить африканскому гостю!
– Белый, – пробормотал чёрный человек и повернул-таки голову в сторону говорившего. – Ты здесь один?
– Это зависит от того, как широко понимать слово «здесь».
– Не мудри. Ещё кто-нибудь рядом есть?
– Некоторое время назад я был уверен, что никого.
Чёрный человек со вздохом поднялся. Он оказался на две головы ниже, да ещё настороженно вжимал голову в плечи.
– Фонарик потерял, – пожаловался негр. – А в эти тёмные времена тяжело без фонарика.
Марк повертел головой и, нагнувшись, поднял маленький чёрный динамо-фонарик.
– Так вот кто жужжал, – путешественник протянул находку хозяину.
Африканец недоверчиво и осторожно потянулся за осветительным прибором. Выхватил и тут же отскочил на пару шагов. Марк успел заметить, что на руках его были перчатки. Разумеется, чёрные. Зажужжало. Луч света ослепил путешественника, заставив заслониться рукой.
– Ты, белый, вроде нормальный мужик, – чуть помолчав, проговорил негр, опуская фонарь. – Тот, другой, совсем не такой.
– Какой другой?– удивился Марк.
– Тот, что пришёл перед тобой.
– Куда пришёл?
– Сюда. Снаружи, – негр чихнул и обтёр нос рукавом. Нос заметно посветлел. – Я вас сразу чую. Только мне никто не верит.
– А как выглядит тот, другой?
– Чёрный, – буркнул ложный африканец.
– Я думал, здесь ты чёрный, – хмыкнул Марк.
– Это маскировка. Дело серьёзное. Нельзя, чтобы меня видели. И ты забудь.
– Не вопрос, – путешественник примирительно развёл руками. Лженегр отшатнулся. – Но, может, нам было бы лучше работать вместе?
– Я подумаю.
– Подумай, подумай. С твоим Миром беда. Но, возможно, я смогу хоть как-то помочь.
– Не ходи за мной. Я сам тебя найду, – чёрный человек повернулся, чтобы уйти.
– Погоди, – Марк схватил его за рукав.
Лженегр зашипел, задёргался, освобождаясь. Путешественник отпустил его и отошёл, подняв руки. Снова зажужжал фонарик и свет ударил Марка по глазам.
– Больше так не делай! – прошипел чёрный человек. – Уважай моё личное пространство!
– Ладно, ладно! Убери фонарь! Пожалуйста.
Свет пропал. Лженегр, готовый сорваться с места, вопросительно глядел на Марка.
– Где тот, второй? – спросил белоголовый, опуская руки.
– Не знаю. Я один, а вас двое. Что мне, разорваться?
– Потому нам и надо работать сообща. Как тебя зовут? Я – Марк.
– Не тяни ко мне свои руки. Не люблю, – пробурчал чёрный человек, отшагнув в заросли травы. – Я пока ещё не решил, можно ли тебе верить. Марк.
С этими словами он исчез в травяных джунглях. Путешественник ещё какое-то время постоял. А потом развернулся и направился к жилищу художника.
– Ля бемоль. Надо же, – бормотал он на ходу и пожимал плечами. – Откуда здесь ля бемоль?
