Благодаря уму и деловой хватке Ирина достигла в жизни больших высот, что позволило ей вести приятный образ жизни и содержать красавчика Сергея. А кроме него, как оказалось, и целую свору прелестниц, запавших на богатенького мачо. Что ж поделаешь, если в свои тридцать пять Ирина жалуется на сердце и плохо выглядит. Целительница Серафима, рекомендованная мужем, в открытую советует бросить юдоль земную и уйти в монастырь, отписав имущество в сиротский приют. Полина Казакова, известная в городе как Мисс Робин Гуд, выводит шуструю компанию на чистую воду и заставляет не только покаяться, но и принести обществу пользу. Ибо наказать преступника – легко, а вот обратить его злодеяния во благо – куда сложнее…
– Я ошиблась, – покачала головой седая дама с добрыми уставшими глазами, – это была не порча.
Женщина, сидевшая напротив нее, облегченно вздохнула и откинулась в кресле.
– Слава богу! Это так страшно, когда кто-то тебе так сильно желает зла.
– Я ошиблась, – упрямо повторила дама, – это проклятие.
На лицо ее клиентки словно набежала черная туча. Какое-то время она переваривала услышанное, потом с надеждой заглянула в глаза целительнице:
– Значит, надо только применить другие методы, и все будет хорошо? Я опять буду здорова?
– Значит, жить вам осталось совсем немного. И спасти вас может только чудо, – пряча глаза, ответила целительница.
Каким бы мужеством ни обладал человек, какие бы силы ни стояли у него за спиной, сообщать такое всегда бывает трудно.
– Чудо, – машинально повторила женщина, – чудо. Чудес не бывает.
– Не гневи Господа, – строго поправила ее целительница, – вся наша жизнь и есть чудо. Никакие врачи, маги, ученые не могут сотворить того, на что способен он. Иди домой, успокойся, сходи в церковь. Я подумаю, чем тебе можно помочь.
– Я приду завтра?
– Нет. Не путай меня с участковым врачом. Это он может почитать литературу, посоветоваться с коллегами. Мне же должно прийти озарение свыше. Не торопи, один раз из-за твоего неумения ждать мы уже ошиблись.
– Полина! Тут такое дело! Такое! – захлебывалась в телефонную трубку моя лучшая подруга.
Я поморщилась и немного отвела от уха руку, в которой был зажат телефон: я искренне привязана к Алинке, но ее манера кричать в трубку могла напрочь отбить желание общаться.
– Нужна твоя помощь. Промедление смерти подобно. Представляешь, я попала в автокатастрофу.
Этого еще не хватало!
– Ты в порядке? – закричала в трубку уже я. – Пострадавшие есть? Авария по твоей вине?
– Есть, есть пострадавшие, – весело отозвалась Алина, вдохновленная моим интересом, – еще какие пострадавшие! Если ты дома, то минут через пятнадцать буду у тебя, я на машине.
Это хорошо, что на машине. Это значит, что громким словом «автокатастрофа» подруга назвала, скорее всего, легкую дорожную неприятность, иначе она сейчас не сидела бы за рулем своего авто. Смущало меня лишь наличие «пострадавших». Алина непредсказуема, угадать, что она имела в виду, невозможно, остается только ждать. Чтобы не мучится догадками, я отвлекла себя приготовлением кофе: все равно не отвертишься, первым делом моя подруга всегда топает на кухню. А все-таки интересно, какая помощь ей от меня нужна? Скорее всего, юридическая. Влипла в мелкую неприятность и желает сэкономить на юридической консультации: почему бы не воспользоваться высшим образованием и опытом подруги?
Через стекло террасы я увидела, как возле моего дома резко затормозила знакомая машина: металл не покорежен, пятен крови на копоте нет, подушка безопасности из окна не торчит, в общем, все в относительном порядке. Через полминуты целая и невредимая Алина уже хлебала обжигающий кофе, откусывая, по своему обыкновению, прямо от плитки шоколада.
– Помнишь, я тебе говорила, что записалась на курсы семейных психологов? Вчера было первое занятие, я поняла, что живу неправильно, и решила сегодня с утра начать новую жизнь. Понимаешь, я никогда не следовала каким-то правилам, поэтому все в моей жизни шло не так, как хотелось. Вот я и решила начать с малого. Еду я себе спокойненько, не нарушаю, аккуратно так, по сторонам не смотрю, только на знаки и дорогу. Ну, еще в зеркала, на машины красивые, водителей, а еще в одном «мерсе» такая собачка хорошенькая ехала, просто восторг! Жаль, что за рулем женщина была, а не мужчина, я бы с ним точно познакомилась! Засмотрелась я на эту собачку и не заметила, как впереди на светофоре машины притормаживать начали. Еле остановиться успела!
Алина сама плеснула себе из джезвы еще кофе и продолжила:
– Я-то успела, а вот задняя машина – нет. Ну и тюкнула меня тихонечко. Представляешь, какие ротозеи у нас на дороге встречаются? Я только неделю как поворотник поменяла, только пару часов, как новую жизнь начала, а тут – такое. Ну, я и не сдержалась немного. Выскочила из машины и давай выкладывать, все, что о водителе думаю. Смотрю, а за рулем женщина. Уронила голову на руль и трясется вся. Я сначала испугалась, подумала, она пострадала и бьется в конвульсиях, а потом смотрю – плачет. Тут я сразу вспомнила, что я семейный психолог, успокоилась сама и ее начала успокаивать. Что же мне, из-за какого-то поворотника квалификацию терять? Не стали мы с ней дожидаться страховщиков, припарковались рядышком и засели в кафешке какой-то. Ой, слушай, у них такой десерт интересный делают, бисквит то-о-оненьким слоем, а на нем…
– Алина! – прервала я ее. – Потом о бисквите.
– Ага, – согласилась она, – потом. Сначала о деле.
Алине с трудом удалось успокоить всхлипывающую женщину. Не буду спорить, подруга умеет вызывать доверие, к тому же стрессовая ситуация, видимо, способствовала взрыву эмоций, поэтому, скорее всего, женщина, ее звали Ирина, и поведала Алине обо всех своих бедах.
